На галоўную старонку
 


1831 год на Берестейском Полесье

Повстанцы
Повстанцы.

В советской историографии ноябрьского восстания как бы не существовало. В независимой Беларуси интерес к нему возрос, но вопрос о восстании на Полесье слабо изучен. Значительных боевых действий тут не было, однако, на это были свои весомые причины. Местная шляхта рвалась в бой, но в крупных населённых пунктах стояли усиленные гарнизоны войск Литовского корпуса. Его командир, генерал-адъютант Розен, охранявший в Тересполе мосты через Буг, зорко следил, чтобы повстанческие отряды не проникали с территории Польского королевства. Также проводились профилактические меры для предотвращения восстания местного населения: патриотически настроенная шляхта под всякими благовидными предлогами удалялась отсюда. Это отражает следующая переписка:

Список с предписания Господина Корпусного Командира 6-го пехотного корпуса Генерал-Адьютанта и кавалера барона Розена 1-го Господину Гродненскому Гражданскому губернатору от 12 апреля 1831 г.

По дошедшим до меня сведениям, с Кобринского повета заметно некоторое беспокойство и говорят о возмущении долженствующем вспыхнуть через несколько дней. Уездного Маршала, Капитана Исправника исправляющего должность и Городничего и почти всех чиновников и дворян считают весьма не благонадёжными, в особенности же Исправника. Имея повеление Господина Главнокомандующего принимать меры для обеспечения спокойствия, действуя на праве командира отдельного корпуса в Уездах, коих сообщение прервано с Военным Губернатором, а по сему извещая о сем Господина Генерал-Адъютанта Храповицкого, я прошу его о назначении какого либо другого в должность Городничаго, на всякий же случай командирован мною в Кобрин эскадрон Литовского Уланского Полка, которым там и останется на некоторое время о чем считаю нужным уведомить и Ваше Превосходительство прося о содействии Вашем в смене.

НАРБ (Гродно) ф.4, оп.1, ед.хр. 6, л.6

На рапорт Вашего Превосходительства за №478-м, честь имею Уведомить, что если Ваше Превосходительство только по отношению моему к Вам за №383 просит меня сделать распоряжение о захвате Кобринского Уезда Предводителя и Исправника, то полагаю, что одних слухов до меня дошедших недостаточно к принятию сей меры, могущей прежде времянно произвести беспокойства и тем более, что схвачение предводителя Ягмина огорчит всех Ягминых, до сих пор полагающихся благонадёжными. Если Ваше Превосходительство имеет другие важные причины к схвачению оных лиц, то полагаю по мнению моему как предводитель равно и Исправник могли бы отозваться под каким предлогом в Губернский Город и получить там, или в Вильне какое особенное местное поручение, а должности их занять другими благонадёжными, то прошу сообщить мне, и тогда желание Ваше я прошу исполнить.
Генерал-Адъютант      Розен

НАРБ (Гродно) ф.4, оп.1, ед. хр.6, л.7

По разным сведениям Господина Главнокомандующим Действующею Армиею полученным о сборе Оружия и Злонамеренных замыслах некоторых жителей в Беловежской Пуще и Пружанском уезде. Его Сиятельство изволит приказать мне, немедленно отправить туда самым тайным образом для открытия всего на месте и для захвата Главных Зачинщиков, достаточную Квалерийскую Команду, в исполнение чего и Командирован мною вчерашняго числа по направлению к Шерешеву Генерального Штабу Подполковника Горский с двумя Эскадронами Волынского Уланского полка и несколькими казаками, которого и снабдил я нужными сведениями для исполнения сего поручения по вновь полученным мною известиям. Многие Пружанские чиновники и помещики под видом предосторожности от Холеры никого не пускают к себе в имении. Кроме принадлежащих к Шайкам. Теже самые слухи дошли до меня и о Кобрине где как говорят даже почти все Чиновники и должностные Дворяне разъехались также под видом спасения от Холеры и действительно посторонних к себе не допускают и сами к должностям в город не являются.

Очень Ваше Превосходительство извещая, считая нужным особенно просить Вас о назначение в Кобрин надежного Чиновника в должность Городничего равно и том ж, что бы вытребованный в Гродно Исправник Новомейский, не был возвращён к своей должности Исправника, как человек подавшего на себя поводы к сомнению. Между тем в теперешних обстоятельствах доверие двух должностей, т.е. исправника и городничего одному лицу предоставляет большие неудобства, о каковом моём мнении основанном на самих примерах, считаю Моею обязанностью сообщить Вашему Превосходительству.
Генерал-Адъютант      Розен

НАРБ (Гродно) ф.4, оп.1, ед.хр.6, л.9

Не всё удавалось сатрапам в этих хитроумных планах. Так, ещё до этой переписки 13 (25) декабря 1830 года в Гродно был доставлен брестский уездный предводитель дворянства Кароль Урсын-Немцевич (племянник знаменитого поэта). Находясь в Гродно 4 месяца под секретным надзором, он сумел бежать в Беловежскую пущу, где вместе с пружанским лесничим Евгением Ронко возглавил отряд повстанцев численностью более 500 человек. 16 мая 1831 года отряд был разбит и отошёл под Беловежу, а к концу мая окончательно рассеян.

В Беловежскую пущу в отряды Немцевича и Ронко бежало много помещиков и шляхты Брестского уезда. Об этом свидетельствует следующий документ:

Ведомость
О Помещиках и Шляхте, отлучившихся с Брестского уезда в Беловежскую пущу и участвовавших в Мятеже

Имя и название бежавшихС какого имения и какого числа бежали
1.Бывший Брестский предводитель дворянства Карл НемцевичОтлучился с города Гродно
2.Феликс Иосиф
Александр
Сыновья Брестского уездного хорунжия помещика Понихвицкого
С имения Щитники помещика Понихвицкого 29 числа мая ночью бежали
3.Болеслав сын помещика Александра БухавецкогоОтлучился из города Гродно
4.Стемковский экономИз имения Пелище помещика Лясковского 4 марта
5.Яков Стржижевский, эконом с братамиС имения Бабичи помещика Керножицкого 5 мая
6.Юльян Матушевич сын помещика Проспера МатушевичаС имения Ступичево
7.Феликс Кринежи, экономС имения Свищёво Клокоцкого 11 июня
8.Селезий Гарчинский, ксендз Мариянского Расноснского МонастыряС местечка Раснай с Монастыря Апреля месяца 1831 и неизвестно находиться.

Исправник
НАРБ (Гродно) ф.1, оп.27, ед.хр.65, л.2

И в других районах Берестейщины всё-таки делались попытки поднять восстание, например, в Кобринском уезде помещики Антон Скродский и Ян Долубовский попытались создать партизанский отряд. Также в районе местечка Картуз-Березы действовал небольшой отряд Сильвестра Малаховского (до 50 человек). Его отряду активно помогали монахи местного картезианского монастыря. Польский историк Пётр Гах пишет: "У паўстанцкіх аддзелах на Літве два картузы (а. Ламберт Плюшчэўскі і а. Ян Мрашкоўскі) выконвалі функцыю капеланаў. Астатнія разам з прыёрам забяспечвалі паўстанцаў харчаваннем альбо змагаліся са зброяй у руках. Адзін з удзельнікаў - клерык Дыянісій Камінскі - памёр ад ран, 6 было арыштавана і пэўны час утрымлівалася ў вязніцы ў Гродна."

Восстание 1831 г. на Берестейском Полесье

Но самым ярким эпизодом восстания на Полесье является смелый рейд отряда Тита Пусловского, в биографии которого читаем: "У час выбуху лістападавага паўстання Пуслоўскі не ўключыўся адразу ў збройную барацьбу, а чакаў шырокага ўдзелу суседніх паветаў, што, дарэчы, прывяло да змарнавання найлепшай пары для пачатку ваенных аперацый. Пінскія ўдзельнікі на чале з Пуслоўскім не дачакаліся прыбыцця з Валыні атрада Нарцыза Алізара, які па заняццю Пінскага павета меў намер злучыцца з Каралем Пшэздзецкім, начальнікам сілы збройнай Ашмянскага павета. Дарэчы, паўстанцкі рух у паветах Мозырскім і Рэчыцкім, а затым у Лідскім, Навагрудскім і Слонімскім быў хутка падаўлены. Толькі весткі аб падыходзячым корпусе генерала Генрыка Дэмбінскага, які 9.VII. 1831 г. з-пад Куршан павярнуў на Каралеўства Польскае і рухаўся спачатку ў накірунку Міншчызны, схілілі, нарэшце, Пуслоўскага да ўзброенага выступлення Пінскага павета. Ген. Г.Дэмбінскі абмінуў Міншчызну, змяніўшы 24.VII кірунак рушання на паўднёвы захад. А пасланы з Варшавы ў дапамогу Пінскаму павету аддзел палкоўніка Самуэла Ружыцкага дайшоў толькі да Нарэўкі ў аколіцах Белавежскай Пушчы і, сустрэўшы 28.VII корпус ген. Дэмбінскага, злучыўся з ім. Затым яны супольна рушылі ў кірунку Варшавы. Нягледзячы на ўсё гэта, Пуслоўскі ў канцы ліпеня даў у сваёй Плянце безнадзейны і самотны бой. З уласна створаным атрадам, які складаўся са шляхты, у большасці дробнай, слуг і сялян, у тым ліку ўдзельнікаў ранейшых паўстанняў у суседніх паветах, Пуслоўскі рушыў у накірунку верагоднага наступлення рэгулярных польскіх атрадаў. У ноч з 2 на 3 жніўня ўвайшоў у межы Кобрынскага павета, аднак у той самы дзень аддзелы ген. Г.Дэмбінскага і палкоўніка С.Ружыцкага ўжо прыбылі ў Варшаву. Пуслоўскі пачаў павялічваць свой атрад (між іншым, да яго далучылася 20 рабочых з належачай яго бацьку суконнай фабрыкі ў Хомску). Урэшце атрад налічваў 1000 узброеных людзей. Ён павярнуў з Драгічына на поўдзень у кірунку палескіх балот, затым змяніў кірунак на ўсход і зноў увайшоў у Пінскі павет."

Из рапорта Кобринского земского суда Виленскому губернатору о повстанцах в Кобринском уезде Гродненской губернии:

27 июля 1831 г
С 21-го на 22-е число сего течения ночью Титус Пусловский, вторгнувшись из Слонимского в пределы Кобринского у. с шайкой мятежников, в которой, быть может, кавалерии и пехоты по 300 человек, первоначально снял на Дрогичинской почтовой станции 10 лошадей с упряжью, а потом, следуя скорым маршем по тракту на имения Попину, Гнилые Лаловичи и Осовцы, состоящие при границе Ковельского у. Волынской губ., в окружающих имениях насильно забрал 54 дворовых и другого звания людей, одного клирика францисканского дрогичинского монастыря и униатского попинской церкви священника, из числа коих некоторые по большей части добровольно к нему присоединились, сверх того, взяв 32 лошади, как о том получены уже верные сведения, а о прочих производится разыскание, в каких же имениях сделано таковое насилие и сколько счетом людей и лошадей
Суд сей в.в.-п. почтеннейше представляет именной список с донесением, что означенную шайку мятежников преследует с отрядом кавалерии и пехоты Лубенского гусарского полка полковник Ильинский.

Белоруссия в эпоху феодализма. Мн., 1979. Т.4 с.285

"Супраць аддзела Пуслоўскага выступіў палкоўнік Ільінскі, камендант кобрынскага аддзелу расійскай конніцы. Пуслоўскі, пазбягаючы сустрэчы з перавышаючымі сіламі непрыяцеля, пераправіўся на паўднёвы бераг Піны. Палкоўнік Ільінскі, аднак, атрымаўшы падмогу з Пінска, таксама пераправіўся праз раку і 8.VIII у сутычцы пад Кончыцамі вымусіў Пуслоўскага павярнуць на поўдзень у кірунку Прыпяці.

З-за няўдалай спробы ўтрымацца ў бліжэйшых лясах, Пуслоўскі вярнуўся назад да Нэвеля над Прыпяццю, дзе адбылася бітва з пераважаючымі сіламі Ільінскага. Пасля ўпартай і крывавай сутычкі аддзел Пуслоўскага быў разбіты; ён сам, паранены ў бітве, пакінуў поле бою з групай таварышаў і, адарваўшыся ад пагоні, падаўся на Валынь." ("Гістарычная Брама", №2(6), 1998 г.)

Действия Пусловского вписываются в стратегический план польского командования, которое в первой половине 1831 года, стремясь перехватить инициативу, расширить театр боевых действий и ослабить тылы русских войск, послало в Литву корпусы генералов Генрика Дембинского, Дезидерия Хлаповского и Антония Гелгуда, а на Волынь - генерала Юзефа Дверницкого. Кроме того, была предпринята неудачная попытка прорыва на Полесье войск под командованием полковника Самуэля Ружицкого, о которой белорусские историки почти не пишут. 3 мая Ружицкий составил проект партизанского рейда по Полесью, который предусматривал: разбивать небольшие отряды противника, перехватывать курьеров, перерезать коммуникации. Однако, главной целью было создание на Полесье новых подразделений пехоты и кавалерии для поднятия восстания. Наверное, планировались совместные действия с Пусловским. Сначала проект был отвергнут, а потом принят.

6 июля Ружицкий получил приказ выступить с отрядом в 1000 штыков и сабель. 11 июля отряд двинулся из Варшавы в направлении Дрогичина над Бугом и Семятич, которые были взяты 22 и 23 июля соответственно. Там захватили большое количество оружия и обмундирования, но это был последний крупный успех экспедиции. Можно предположить, что навстречу повстанцам из Бреста и Тересполя двинулись русские войска, перерезая им путь в направлении Кобрина. В Высоко-Литовске и Бельске стояли сильные гарнизоны царских войск. Поэтому отряд Ружицкого вынужден был идти в Беловежскую пущу, где 26 июля ему удалось оторваться от настигающего противника. Интересен документ, касающийся этих событий:

Его высокопревосходительству Господину Генерал адъютанту Виленскому и Гродненскому Губернатору и Кавалеру Храповицкому Брестского Нижнего Земского Суда

Рапорт

В Сем Суде получены из уезда следующие донесения:
1-ое что 14-го числа сего месяца во время прохода польских войск через имение Половцы графа Ожаровского из имения Зубач помещика Пусловского бежало к тем же войскам трёх дворовых мальчиков.
2-ое. Из Высоко-Литовской почтовой Конной Станции возвращающихся семь почтовых лошадей с двумя бричками и ямщиками, которые отвозили до Клещелей один письменную Почту, а другой Господина Генерал Майора Панютвина на дороге около Половцев, там же Польскими войсками забраны.
3-е. При нашествии означенных войск того ж числа под командою генерала Рожицкого под корчму Волгоставец томошняго фольварка помещика Чачковского Економ Ишковский узнав в тех войсках какаго-то Брата Своего офицера присоединился к ним, которыми забран приследовании до М. Клещель.
С каковых Проишествиях сей Суд Вашему Высокопревосходительству честь имеем донести.
№2086
Июля 23 дня
1831 год
г. Брест

НАРБ (Гродно), ф. 4, оп 1, ед. хр. 55

28 июля в Наревке отряд Ружицкого соединяется с корпусом генерала Дембинского, который отступил в пущу из Литвы. 4 августа объединённый корпус вернулся в Варшаву. За этот поход Самуэль Ружицкий получил звание бригадного генерала. В Варшаве в его войска влился отряд под командованием однофамильца Кароля Ружицкого, совершившего перед этим героический рейд по южному Полесью - от Житомира до Замостья. В ходе его полковник одержал несколько побед в столкновениях с царскими войсками, не потерпев ни одного поражения. Подвиг Кароля Ружицкого, также как и Тита Пусловского, воспел полесский поэт Франц Савич в стихотворении "Там блізко Пиньска…"

Последний всплеск восстания на Полесье отражает следующий документ:

Его Превосходительству господину Тайному Советнику Гродненскому Гражданскому Губернатору и кавалеру Михайло Трофимовичу Бобятинскому

Брестского Городничего

Раппорт

Сего августа 19 числа с прибытием из-за границы Царства Польского 6-го пехотного корпуса и при наступлении к границе мятежных войск по приказанию командира оного корпуса Господина Генерал Адъютанта барона Розена сверх прежде сломанных при оборонительных укреплениях обывательских в г. Бресте домов 83 сломано однаковых же по волынскому форштату 8 аль 21 против 22. Ночью при покушении на город мятежников и начатии потому военных действий созжено в сем же городе на форштате против границы Царства Польского 14 домов. Из мостов же на реке Буг и Тереспольской плотины состоящих созжены один.
За границею при пограничной рогатке вместе с оною и будкою прикараульной а другой на Тереспольской плотине, за сим по удалению от границ мятежников 6-й пехотный корпус выступил из подведомственного мне города обратно за границу - очень Вашему Превосходительству доносить честь имею

Августа 24
1831 г.

Городничий
НАРБ (Гродно), ф 1, оп. 3. ед. хр. 1111, л.1

Польское командование для того, чтобы спасти Варшаву от голода и отвлечь силы армии Паскевича, наступавшей на левом берегу Вислы, послало на правый берег корпус генерала Раморино (по слухам, сына маршала Ланна). Он нанёс несколько чувствительных ударов Литовскому корпусу генерала Розена. Командование приказало Раморино идти на спасение Варшавы от Паскевича, но генерал повёл свой корпус на Тересполь. Польские историки считают, что барон Розен просто купил за деньги Раморино. Многие из них думают, что, если бы Раморино вернулся к Варшаве, то битва за неё приняла бы совершенно другой оборот. А так повстанцы постреляли по крепости, напугали жителей Бреста, а Варшава пала через несколько дней.

Александр Ильин

На галоўную старонку