На галоўную старонку
 


Казимир Пулаский и Барская конфедерация

За нашу независимость боролись мы много раз. И первой войной, которую мы вели, была Барская конфедерация. По своему характеру эта война, которая продолжалась четыре года (1768-1772), была партизанской и бесплановой. В ее ходе так и не выявилось ни одного выдающегося вождя.

Ни Заремба, ни Сава, ни даже Казимир Пулаский, способные, в общем-то, вожди, понятия не имели о ведении крупных военных кампаний. У нас были хорошие генералы, но не было вождя в полном понимании этого слова, вождя, который бы знал современное военное искусство, имел комбинационный ум и умел бы панорамно видеть ход сражений. Эпоха великих, знаменитых гетманов уже прошла. Если бы мы имели настоящего вождя, Барская конфедерация не окончилась бы поражением. В этой войне условия нам благоприятствовали и численность наших войск, в сравнении с неприятельскими, была достаточной.

Войска конфедератов насчитывали до 16 тысяч человек. Наибольшие силы имел Заремба. И вражеская армия приближалась к этой цифре. Только снаряжение нашего войска оставляло желать лучшего: армия было плохо вооружена и необучена, имела очень мало пехоты (2000), а главное - кавалерии, не имела пушек. Но и армия противника была не лучше, а если говорить о верховном командовании Веймарна, то он был скорее дипломатом, чем солдатом, и поэтому война с российской стороны велась так неудачно. Если бы во главе нашей армии стоял опытный человек, то москали потерпели бы неизбежное поражение.

Пулаский в Баре. Худ. К.Шлегель
Пулаский в Баре. Худ. К.Шлегель.

А человека такого не было. Действительно, Казимир Пулаский имел много достоинств. Это был энергичный, храбрый и отважный солдат, способный поднять на борьбу других и даже богатый на идеи в минуты опасности. Но он отличался непостоянством в проектах, не мог довольствоваться однажды принятым планом. При этом ему были присущи спесь и зазнайство. Возможно, Пулаский и смог бы подняться над посредственностью, если бы имел военное образование, чувство военной субординации и способность шире смотреть на мир. Во время этой войны он проявил очень много жертвенности, стойкости и упорства. Однако этих качеств было недостаточно для хорошего руководства войсками. И, к сожалению, сделать это было некому. Отбросить за границы Польши 12 тысяч неприятельского войска было возможно. Тем более, что Россия вела войну с Турцией и опасалась войны со Швецией. Австрия нам благоприятствовала (император Иосиф и Красинский), разрешая, например, покупать оружие в Венгрии и размещаться на своей территории штабу конфедератов.

Не была дружественна нам Пруссия, однако и она не препятствовала конфедератам, не желая усиления России за счёт Польши, и поэтому отказала в военной помощи российскому министру Панину. Дружественные нам Саксония и Франция помогали деньгами, присылали офицеров, и, в первую очередь, - вождя в лице генерала Дюмурье. Однако он остыл к конфедератам. И прежде всего - из-за разногласий между их военачальниками и отсутствия солдатской экипировки. Сначала Дюмурье действовал очень энергично: занимался организацией пехоты и артиллерии, составил план военных действий с опорными пунктами в Ясной Гуре и в Ланцкороне. Согласно этому плану, необходимо было создать угрозу Варшаве с ее российским гарнизоном и самим российским границам, захватить Луков, пойти на Сандомир, а оттуда на Подолье с целью уничтожения российских складов, снабжавших армию Румянцева в Молдавии. Но исполнение этого плана было неудачное, и конфедераты в конце концов потерпели поражение. Основная вина за это лежит не на Дюмурье, а на польских военачальниках. Доказательством этому может служить поведение Пулаского, который не пожелал соединиться с Дюмурье под Ланцкороной и ушел в горы, что и привело к поражению, решившему судьбу всей конфедерации. Ошибкой было и чересчур поспешное, без соответствующей военной подготовки, поднятие восстания. Спасти Польшу тогда могло восстание с намерением не столько воевать, сколько организовать конфедерацию для дипломатической борьбы без пролития крови.

Так произошёл первый раздел. Пулаский, самый выдающийся из наших тогдашних вождей, выехал за границу, а потом далее в Америку, где прославился в сражениях за её независимость.

Юзеф Мацейовский
От Пулаского до Пилсудского. Варшава, 1935 г.

На галоўную старонку