На галоўную старонку
 


Два юбилея
в жизни протоиерея Иоанна Котовича

   Осенью 1893 года православная общественность Вильно и всего Северо-Западного края отмечала 25-летний юбилей Виленского Пречистенского митрополитальнего собора и служения в нем замечательного православного деятеля, историка и публициста Иоанна Антоновича Котовича (1839-1911). В таком совпадении дат (при несущественной разнице в днях) нашло свое отражение незримое переплетение судеб старейшего храма и заслуженного пастыря, "правой руки Кояловича", оставившего яркий след в истории православия на белорусских землях.

   C Гродненщиной Пречистенский собор сближает многое, ибо его воссоздавали, в нем служили и молились Всевышнему многие наши земляки, но особую значимость в жизни православной церкви он приобрел в годы настоятельства в нем протоиерея Иоанна Котовича. Итак, как шли к этому юбилею собор и человек?

   В начале 60-х Виленский собор Пречистой Богородицы в честь ее Успения переживал наиболее драматический период своей истории. Памятник глубокой старины, свидетель славы и ослабления Православной церкви на белорусских землях в это время представлял из себя огромное полуразрушенное строение, где ютились разные склады и квартиры бедняков, а в его алтарной части находилась кузница. Первым на такое плачевное состояние святыни обратил виленский генерал-губернатор граф М.Н.Муравьев, много сделавший для укрепления в крае позиций Православия. Умевший не только видеть проблемы, но и решать их, он испросил у императора Александра II разрешения на восстановление древнего храма путем повсеместной подписки по всей России. Такое соизволение было дано, и вскоре народные пожертвования потекли в строительную копилку. Император, лично посетивший в 1867 году нуждавшуюся в помощи святыню, выделил из средств государственного казначейства 57 тыс. рублей на эти цели. Живое участие в подготовке технического проекта восстановления собора сыграли профессор Петербургской Академии художеств А.Н.Рязанов и губернский архитектор Н.М.Чагин. При восстановлении храма был соблюден его прежний вид и сохранены главные стены, колонны и своды. Вместе с тем были вновь воздвигнуты на найденных фундаментах наружные боковые контрфорсы, три главные угловые башни, а четвертая —только надстроена, как и наружный железный купол. Внутри здания пол был поднят сообразно с наружным наслоением почвы. Внешние украшения стен и башен сделали по сохранившимся элементам карнизных украшений, найденных на оставшейся с юго-западной стороны собора башне и при возобновлении стенной штукатурки.

   Возобновленный храм представлялся из себя   довольно величественное сооружение как снаружи, так и внутри. Особенно украшал его иконостас, выполненный талантливыми руками академика И.П.Трутнева. К началу октября собор был готов к освящению, однако до этого было решено показать его престарелому и больному митрополиту Иосифу (Семашко). Он был вынесен на кресле из кареты, и таким образом (сидя) осмотрел собор во всех деталях. По свидетельствам очевидцев, увидев восстановление знакомой ему под другим названием святыни, старец точно ожил и слова "Слава Богу", сопровождаемые крестным знамением, постоянно срывались с его уст.

   22 октября 1868 года возобновленный собор в самой торжественной обстановке был освящен собором иерархов - архиепископом Минским Антонием, епископом Брестским Игнатием и епископом Ковенским Иосифом. Сам митрополит Иосиф (Семашко), благословивший это торжество, не будучи по болезни в состоянии в нем участвовать, почтил праздник пожертвованием 300 рублей для раздачи их в этот день беднякам и нищим города. Императрица Мария Александровна прислала в дар собору ко дню освещения прекрасный напрестольный крест и великолепной работы мастера Сазикова позолоченное напрестольное Евангелие. Торжество окончилось многолюдной трапезой у генерала-губернатора А.Л. Потапова.

   Начавшемуся ежедневному служению мешало обилие сырости и наступающие холода. Чтобы исключить это неудобство, строители одновременно с отделкой собора устроили в западной части храма придел во имя святого Алексия-Чудотворца, по преданию освящавшего этот храм, впервые построенный великим князем литовским Ольгердом Гедиминовичем, в котором он и сложил свои кости не только как православный христианин, но и схимник по имени Алексий. Придельному храму была дана совершенно круглая форма с устройством отопления, и 1 ноября 1866 года состоялось его освящение епископом Ковенским Иосифом. 19 января 1869 года император Александр II пожаловал храму Св. икону Божией Матери, а в конце года императрица Мария Александровна прислала собору полный комплект литургических сосудов, усыпанных драгоценными камнями, а также с надписями славянской вязью. В то же время по инициативе первого настоятеля собора протоиерея Антония Пщолки началась реконструкция в сторону полной завершенности иконостаса храма. В этой работе приняли участие художники И.П.Трутнев, академик Тихобразов и местный живописец-католик Жуковский. Такого рода реставрация храма придала ему большее благолепие. Но, к сожалению, инициатор этого начинания протоиерей Антоний не дожил до окончания работ: 28 июня 1871 года его сразила эпидемия холеры.

   В 1872 году при настоятеле протоиерее Николае Дмитревском у правой и левой колонн храма были поставлены красивые резные золоченные киоты, в которые были установлены иконы: святителя Алексия, подаренная собору митрополитом Московским Иннокентием; Явления Богоматери преподобному Сергию, подаренная главным начальником края А.Л.Потаповым; образ Нерукотворного Спаса - от митрополита Литовского и Виленского Иосифа (Семашко); образ священномученика Макария - от архиепископа Макария и образ великомученика Георгия, подаренный храму виленским губернатором Е.П.Стеблин-Каменским. Тут же у киота с правой стороны была помещена мраморная доска с надписью и атрибутами царской власти, вделанная в стену лично императором Александром II на память о посещении собора в 1870 году. В этот же период церковно-строительный комитет купил окружавшие собор неказистые строения, принадлежавшие домовладельцам Шабловскому и Андреевскому, снял их и очистил все место вокруг собора, на котором городское управление разбило живописный сквер.

Пречистенский собор в Вильно
Пречистенский собор в Вильно

   В 1875 году настоятель собора протоиерей Николай Дмитревский поступил на службу в законоучители Виленской гимназии и учительского института, а на его место был назначен священник этого собора со дня его освящения Иоанн Котович. Главной заботой нового настоятеля стала необходимость обратить все здание собора в теплое помещение, как для удобства богомольцев, так и сохранения его от воздействий сырости. Были приложены немалые усилия и средства, чтобы отопление храма было устроено по самой передовой в то время технологии инженера Креля. Одновременно с установкой печей производились внутренние ремонтные работы, в том числе окраска собора изнутри и снаружи. Многих забот настоятеля стоило и учреждение подобающего собору церковного хора. Как свидетельствовал сам настоятель, "Бог благословил и это дело, за которое взялся опытный руководитель Гродненского архиерейского хора, большой знаток церковного пения, артиллерийский чиновник Федор Иванович Крылов. Устроенный им хор с 1880 года постоянно пел в соборе, заслужив огромную симпатию прихожан". Для поощрения хора была выделена постоянная сумма из средств собора до 450 руб. в год, что обеспечивало стабильную его работу. После Ф.И.Крылова регентами хора были: его ученик, воспитанник братского приюта Мольвер, затем знаток церковной музыки, преподаватель учительского института С.Н.Костямин, сумевший привлечь, благодаря любви к делу и большому терпению, в состав хора лучшие певческие силы города. Какое-то время хором управлял петербургский знаток церковного пения М.А.Бреман. В 1893 году хор возглавил Г.М.Баньковский, хорошо знавший церковное пение.

   В 1880-е годы в собор поступали самые различные пожертвования от благотворителей. Так, в 1883 году собору были пожертвованы две большие художественные иконы работы художника Волкова (оказавшиеся излишними) из Петербургского Исаакиевского собора. Виленский живописец И.П.Трутнев пожертвовал храму хоругви, икону Св.Николая, выносной крест и др.предметы. Церковный живописец Г.А.Молокин подарил прекрасную гробницу под площаницу и живописный аналой. Преподаватель Виленского реального училища С.В.Шалкович - собственноручной работы резную из ореха дарохранительницу, имеющую вид храма. Были также пожертвованы храму три позолоченных паникадила, множество ценных лампадок, подсвечников и других предметов церковного обихода. В течение четверти века митрополитальный собор видел в своих стенах членов императорской семьи, высоких государственных сановников, архипастырей, ученых и литераторов.

   В 1885 году с целью улучшения обеспечения причта протоиерей Иоанн Котович стал ходатайствовать о наделении собора угодьями, и такие в конце концов были выделены. Угодия эти состояли: из фермы Деканишки в Виленском уезде в 154 дес.земли; из мельницы в м.Сморгонь Ошмянского уезда и озера Илга в 134 кв.дес. в Трокском уезде. В составе причта за 25 лет существования восстановленного Пречистенского собора в нем служили следующие уроженцы Гродненщины: настоятель, протоиерей Иоанн Котович (1875-1893); священник Михаил Львович Кузьминский (1877-1882), впоследствии настоятель Гудевичской церкви Волковысского уезда; псаломщик Николай Богаткевич (1868-1869), переведенный затем в Ошмяны; Даниил Лихачевский (1869-1871), ставший позже священником Брестского собора; священник Петр Тычиник (1889-1893), впоследствии служивший в Ячневской церкви и др. Честными и усердными к службе людьми являлись все эти годы церковник Ананний Халеев (1868-1883), а также звонарь Никифор Митрофанов (1872-1893). Церковными старостами собора являлись архитектор Н.М.Чагин (1869-1876) и академик-художник И.П.Трутнев (1876-1893).

   С 25-летием Пречистенского собора (т.е. со дня его освящения после восстановления из запустения) соединено было по желанию прихожан, почитателей и сослуживцев чествование 25-летия священнического служения при данном соборе его настоятеля протоиерея Иоанна Котовича. Собственно, юбилей священничества его выпадал на 29 сентября, но прихожане пожелали соединить его с торжествами по случаю юбилея собора. Думается, что в данном месте необходимо остановиться на биографии юбиляра.

   Иоанн Котович, сын протоиерея Антония Онуфриевича Котовича, родился в 1839 году в селе Черевачицы Кобринского уезда Гродненской губернии, где с давних времен жили и трудились на пастырском поприще его предки. На древность этого священнического рода первым обратил внимание в своих лекциях по истории Западной Руси профессор Петербургской духовной академии М.О.Коялович. Знал он об этом по материалам архивов, но в семье этой как реликвия передавались из поколения в поколение и собственные документы, подтверждавшие слова профессора. В 1920-е годы польские власти, ознакомившись с этими документами, признали их "очень ценными". На первом же из документов, датированном 1772 годом, король польский Станислав-Август Понятовский - владелец королевского имения Черевачицы, представлял Петру Котовичу "дарование" на Черевачицкую церковь и на все земельные церковные угодия, которые переходили в полное его владение и распоряжение. Одной из самых древних следует признать грамоту с начертанными гербами рода Корчак-Котовичей, свидетельствовавшую о том, что прародиной их была Волынь, "где они жили еще в 1400 годах, а после чего переселились в Полесье". Этот же документ подтверждал, что Котовичи шляхетского (дворянского) звания, православного (греческого) вероисповедания, и что при переезде на новое место они владели большим имением Замшаны, описанном Сенкевичем в своей повести "Огнем и мечом". И с тех пор в селении Замшаны почти все представители этого рода были в иерейском сане, пока один из них Петр Котович, не переселился из полесских болот в село Камень Шляхетский, потом в Милейчицы и, наконец, в Черевачицы. Петру же наследовал сын его Онуфрий Котович, затем внук Петра и сын Онуфрия - Антоний Котович. Семья Антония Котовича, что было не на диво в то время, являлась довольно многочисленной. Из нее четыре брата Иоанна стали священниками. По окончании образования в Кобринском духовном училище и Литовской семинарии Иоанн Котович, несмотря на явное желание митрополита Иосифа (Семашко) послать его учиться на казенный счет в Петербургскую духовную академию, решил посвятить себя службе в родной епархии и первоначально поступил в 1861 году на должность учителя в Кобринское духовное училище. Одна из его статей, помещенная в ту пору (1863 год) на страницах газеты "Дух христианина", во многом решила его судьбу. Редактор журнала священник А.Гумилевский прислал ему убедительное письмо с приглашением ехать учиться в Петербургскую духовную академию, извещая, что одна высокочтимая дама-христианка вносит капитал на все время его пребывания в академии, но с тем лишь условием, что он по окончании академии остался непременно священником в Северо-Западном крае. Последнее обстоятельство и повлияло на его дальнейшие планы. Списавшись со своим товарищем Ю.Ф. Крачковским и давним знакомым отца профессором академии М.О. Кояловичем, убедившими его не бояться академических трудов и немедленно быть в Петербурге, Иоанн Котович решился на такой шаг и уже 16 ноября был в Петербурге, а 5 декабря зачислен в число студентов академии без экзаменов. Вскоре он узнал, что его добровольной попечительницей оказалась начальница общины сестер милосердия на Песках (Петербург) Екатерина Андреевна Кублицкая. О ней как о высокой по своей кроткости, смирению и доброте женщине-христианке Иоанн Котович сохранил самые лучшие и возвышенные воспоминания на всю свою жизнь.

   Из академии он вынес богатый запас знаний, а главное - сознание нравственной своей обязанности и готовности отдавать все свои силы и труды на благо родному краю. В этом отношении огромное влияние на формирование облика будущего пастыря в патриотическом направлении оказывал гродненский уроженец профессор М.О. Коялович. Под его руководством Иоанн Котович в 1873 году защитил магистерскую диссертацию на тему "Первоначальная история христианства в нынешнем Северо-Западном крае России до великого князя Литовского Ягайлы".

   Окончив академию, молодой богослов в 1867 году прибыл в Вильно, представился митрополиту Иосифу (Семашко), которому и высказал желание служить в его епархии в качестве священника. Митрополит одобрил его намерение, благословил и посоветовал подождать открытия штатов в Пречистенском соборе. В течение того времени пока Котович работал в Публичной библиотеке, он не один раз справлялся через протоиерея Антония Пщолко, не изменились ли планы последнего о священстве. 2 августа 1868 года митрополит принял его прошение о назначении его священником при соборе, куда и был посвящен 29 сентября того же года епископом Брестским Игнатием (Железовским). Одновременно с этим попечитель Виленского учебного округа П.Н. Батюшков назначил его с 1 октября законоучителем реальной гимназии, ставшей затем училищем.

   Так началось служение ни ниве Божией молодого пастыря. Спустя год, 20 декабря 1869 года, он по представлению архиепископа Макария был утвержден Св. Синодом в должности редактора "Литовских Епархиальных Ведомостей". Благодаря умению объединять вокруг себя защитников православия и "русскости", Иоанну Котовичу удалось превратить эту газету в самую читаемую в крае. Прекрасный богослов и публицист он привлекал к участию в газете многих знаменитых авторов. Самыми почитаемыми среди них были И.С. Аксаков, М.О. Коялович и ученики последнего (Ю.Ф. Крачковский, А.В. Белецкий, П.А. Червяковский, О.В. Щербицкий, А.С. Будилович, В.В. Качановский, Г.Я. Киприанович, В.З. Завитневич, П.Н. Жукович, Н.Р. Диковский, Е.Ф. Орловский, К.В. Харлампович, С.Г. Рункевич и др.). Не было ни одного номера газеты за длительный период его редакторства, чтобы на ее страницах не появлялись его блестящие статьи, речи и исследования. В числе наиболее значимых из них были работы "Историческая записка о Литовской духовной семинарии", "Торжество воссоединения униатов", "Слово в честь празднования 300-летнего юбилея церкви Святого Духа в г. Вильно". Перу Иоанна Котовича принадлежало большое количество работ об истории монастырей и храмов края, а также некрологов, посвященных И.С. Аксакову, М.О. Кояловичу, П.И. Чайковскому и др. Под руководством профессора М.О. Кояловича он участвовал в подготовке к печати материалов для книги "Документы, которые разъясняют историю Западно-русского края и его отношение к России и Польше" (1865). Будучи активным деятелем 9-го археологического съезда в Вильно (1893), он принимал непосредственное участие в издании его материалов. Выступал он также инициатором и разработчиком методических материалов в помощь духовенству для написания церковно-приходских летописей. Эти разработки до сих пор не потеряли своего значения для развития церковного краеведения.

   Исключительно высок был пастырский авторитет отца Иоанна. Он был неизменным председателем и руководителем епархиальных и училищных съездов, четыре года был Виленским благочинным, одиннадцать лет членом педагогического и распорядительного собрания правления Литовской духовной семинарии, членом Литовской духовной консистории и училищного епархиального совета Литовского епархиального попечительства, гласным Виленской городской думы от православного ведомства. С первого года своего священства он состоял членом Совета Виленского Свято-Духовского братства и много лет попечителем братского дома, четыре года заведовал учительскою церковно-приходскою школою. Был протоиерей Иоанн Котович и членом Северо-западного отдела Русского Императорского Географического общества.

   Заслуги отца Иоанна на пастырском и общественном поприще были высоко оценены во время юбилейных торжеств 22 октября 1893 года. По принятому в ту пору порядку депутация от прихожан, состоящая из старосты собора, академика И.П.Трутнева, действительного тайного советника Н.И.Рубцова, бывшего редактора "Галицкого Слова" В.М.Площанского, редактора "Виленского Вестника" П.Г.Бывалькевича и регента соборного хора С.Н.Костямина, явилась за несколько дней до юбилея (17 октября) к епископу Литовскому и Виленскому Донату и подала письменное заявление с просьбой о разрешении им поднести юбиляру драгоценный с украшениями крест и лично возложить этот крест на протоиерея Котовича. Владыка с удовлетворением воспринял заявление депутации и благословил их на выражение своих чувств юбиляру.

   Праздничное торжество началось накануне 22 октября совершением заупокойной литургии по скончавшимся служителям и прихожанам Пречистенского храма. Затем, в 6 часов вечера было совершено соборное всенощное бдение - торжественная панихида, на которой присутствовали командующий войсками Виленского военного округа Н.С.Гонецкий, помощник попечителя учебного округа А.В.Белецкий и множество прихожан собора. 22 октября божественную литургию и благодарственный, в соединении с богородичным, молебен совершил в соборе архиепископ Литовский и Виленский Донат в сослужении всего городского духовенства. На литургии присутствовали: командующий военного округа Н.С.Гонецкий, губернатор Н.А.Гриневиц, помощник попечителя учебного округа А.В.Белецкий, городской голова К.А.Голубинов, генералы Волькенау и Бобровский, много других высокопоставленных лиц и огромное количество богомольцев. На молебне в числе многолетий было оглашено протодиаконом многолетие настоятелю протоиерею Иоанну, причту и прихожанам собора. После отпуста архиепископ Донат возложил на настоятеля-юбиляра наперсный крест, украшенный драгоценными камениями и приподнесенный прихожанами и причтом. После окончания службы владыка, разоблачившись, в мантии вышел из алтаря и от имени депутации, подносившей отцу Иоанну святой крест, зачитал в адрес юбиляра приветственный адрес. Следует заметить, что сам адрес был напечатан на слоновой бумаге, а фоном для него было избрано полотенце-рушник в старинном народном стиле. В челе адреса был нарисован от руки Пречистенский собор, а боковые украшения составили лучшие образцы заставок старых рукописных книг. Над украшением адреса немало потрудились известные виленские художники И.П.Трутнев и Д.И.Чемоданов. Содержательный и теплый адрес был испещрен множеством подписей представителей духовных и светских властей, а также членов депутации.

   Взволнованный до глубины души всей процедурой торжества юбиляр поблагодарил за преподнесенный святой крест как символ всеобщего спасения и приветственный адрес с тронувшими его словами, после чего выступил с речью, в которой обозначил главные вехи истории Пречистенского собора и его роли в укреплении позиций православия в крае. Оратор назвал собор святыней, символизирующей возрождение православия на Западе России и непоколебимую стойкость триединого православного народа в борьбе со своими врагами. Подтверждением чего были его следующие слова: "Когда была объявлена на Брестском соборе 1596 года злосчастная церковная уния, наш Пречистенский собор еще 13 лет стоял в православии и лишь насильно по королевскому повелению был переведен в унию. С тех пор начался его упадок и унижение, приведшие к тому, что в середине позапрошлого столетия здесь прекратилось богослужение, а само здание обращено в военный хлебный склад. К довершению этого бедствия здание было продано униатским епископом Булгаком князю Чарторыйскому для Виленского университета, который перестроил его для анатомического театра, а по закрытии университета это здание перешло в ведение города. И вышло так, что на том святом месте, где находился престол, где своды храма и алтаря оглашались хвалебными песнями Отцу Светов, - там совершалась выварка и очистка трупов для анатомических препаратов, там во времена голода 1850-х годов стоял котел для ежедневного питания сотен голодающих, а перед самым восстановлением собора в нем гулко раздавался звук молота кузнеца-еврея,- само место это стало мерзостью запустения, и славное прошлое его было забыто. Понятно, почему многими из видевших его восстановление из руин произносятся молитвы, исходящие из наших сердец: "Господи, сохрани его даже до скончания века непоколебимо...". Еще раз от души благодарю Вас, братия и сестры во Христе, и молитвенная память о Вас будет лучшим выражением моей благодарности".

   После этого все присутствующие в храме поздравили юбиляра с праздничным торжеством. Потом в доме настоятеля был обед на 70 персон, прошедший также торжественно, но и оживленно. После обеда кафедральный протоиерей Петр Левицкий поделился своими воспоминаниями о предках юбиляра. Его благодарные слушатели высказали рассказчику пожелания опубликовать их в печати. Будет нелишним добавить, что, кроме креста и адреса, юбиляру от друзей и прихожан были преподнесены: образ Покрова Божией Матери в киоте и в серебряно-позолоченной ризе, образ Святого Чудотворца Николая и образ Казанской иконы Богородицы также прекрасной художественной работы. Сверх того, Иоанном Котовичем было получено около 40 поздравительных телеграмм. Их прислали: из Петербурга - историк генерал-лейтенант П.О. Бобровский, бывший преподаватель Виленского реального училища А.О.Зеленцов; из Москвы - Д.М.Струков и С.Н.Батюшкова; из Молодечно - попечитель Виленского учебного округа Н.А.Сергиевский; из Супрасля - архимандрит Николай; из Лиды - брат покойного профессора М.О.Кояловича протоиерей Иосиф Коялович; из Ружан -   Коссовский благочинный священник Евгений Белавенцев; из Ковны - протоиереи Дмитрий Ярушевич, Илья Григорович и законоучитель гимназии Владимир Некрасов; из Минска - кафедральный протоиерей Григорий Тарнопольский; из Холма - протоиерей А.С.Будилович; из Гродно - протоиерей Григорий Кудрицкий; из Кобрина - священник Симеон Бегаллович; из Пружан - благочинный священник Ипполит Гомалицкий; из Кузницы - священник Иоанн Сцепуржинский; из села Ставка - священник Флор Сосновский; из города Шавеля - Сергей Карский; из Бреста - протоиерей Иоанн Григорович. Весьма содержательное поздравление прислал давний товарищ юбиляра, председатель Виленской Археографической комиссии, а также Виленской публичной библиотеки Ю.Ф.Крачковский: "Дорогой отец Протоиерей! Находясь в отпуске в имении Черкассы, вместе с супругой шлем Вам и Марье Ивановне наше сердечное приветствие по случаю совершившегося 25-летия Вашего свящества и при этом на одном месте - при Митрополитальном Виленском соборе. Мы очень тесно связаны с Вами как с началом Вашего служения, так и с тем еще, что наш первенец Николай Юлианович был крещен Вами 22 года тому назад. Вам, достойнейшему преемнику славных настоятелей Пречистенского собора, от души желаем еще долго и долго держать святое знамя Православия в крае так честно и высоко, как это было до настоящего времени. В 25-летний юбилей Вашего Священства позволю себе напомнить о 30-летнем Вашем литературном юбилее. У меня по крайней мере до сих пор имеется ваша печатная записка о придорожных крестах 1863 года. Это воскрешает в моей памяти давнее прошлое с кипучей литературной деятельностью И.С.Аксакова, М.Н.Каткова, М.О.Кояловича, М.Н.Гилярова, князя Черкасского и др., среди которых и Вы, и я учились работать и трудиться. Славные и дорогие имена! Вы исполняете их священные заветы! Честь Вам и Слава! Да сохранит Господь и для будущего отдаленного Ваши силы на пользу и благо нашей дорогой родины, нашего Отечества. Ваши покорнейшие слуги Юлиан и Анна Крачковские. Р.S. Прошу принять привет и от Виленской библиотечной комиссии, в которой Вы были одним из первых деятелей. Председатель Ю.К.".

   Как всякий благородный человек отец Иоанн жаждал достойной встречи юбилея собора, как всякий уважающий себя человек он терпеливо переносил все то, что относилось к его юбилею. Здесь он придерживался принципа, что "всякий фимиам - это опасный, но не смертельный грех", ибо он жил работой, трудом во благо ближнего. Так случилось, что через три дня после юбилея скончался композитор Петр Ильич Чайковский, и отец Иоанн откликнулся на нее речью, в которой нашли выражение тысячи душ жителей края: "Братия соотечественники! В настоящее время мысленно мы стоим у свежей могилы великого гения - Петра Ильича Чайковского; и что-то необычное нам видится здесь; она покрыта не массой песчинок, а потоками слез, вызванных внезапностью понесенной утраты... Могилу эту окружает глубокая печаль, охватившая сердца всех, начиная от царского дворца и до бедной хижины, где бьется ключ разумной жизни, где царит любовь к родине, любовь и уважение к родному искусству... Человек, создавший столь выдающиеся музыкальные произведения, не умирает... Покойный П.И. принадлежал к избранникам неба; его дух стремился к неземному, стремился осуществить в дивной гармонии звуков заветные порывы своей души, доставлявшие нам источник высоких наслаждений, заставляющий нас на время забывать будничную суету. Бренная оболочка его духа сошла в могилу; земное должно отдать свою дань земному; но дух его предстал теперь у того предела, где есть веселящихся жилище, где в чудных ангельских славословиях выявляется непостижимое величие и неизреченная красота доброты Творца. Принесем же, братия, совокупную нашу молитву Богу, да очистит Он богатством своего милосердия душу почившего от греховных к ней приражений, да учинит его в царстве света и вечной гармонии, да соделает его участником немолчных славословий ангелов и святых. Аминь".

   Возвышенными, яркими и сильными своими историзмом и логикой были наполнены все предыдущие и последующие речи Иоанна Котовича. Одной из наиболее мощных его речей в этом плане была речь, сказанная им перед освещением и открытием в Вильно музея графа М.Н.Муравьева 17 апреля 1901 года. В этом выступлении нашло выражение главное жизненное кредо отца Иоанна - служить народу края, указывать уму нужные в жизни ценности и образцы поведения. Граф М.Н.Муравьев был для него идеалом человека и гражданина, а потому правдиво и возвышенно звучала речь оратора: "Нас отделяют уже десятки лет от времени, когда жил и действовал у нас граф М.Н.Муравьев, и однако же и теперь, когда мы входим в музей его, мы испытываем некоторое чувство как бы личного его здесь присутствия: вот его рабочий стол с принадлежностями - наличный свидетель его трудов, не знавших отдыха его дум о благе России и западнобелорусского народа; вот портреты сотрудников его, разделявших с ним бремя беззаветного служения своему государству; вот рисунки и чертежи православных храмов Божиих, воздвигнутых и возобновленных графом Муравьевым, как постоянных свидетелей плодов его деятельности, его ревности о благе святой православной церкви; здесь же имеются изображения весьма важных моментов в жизни и деятельности графа в бытность его на службе в Вильне; здесь же хранятся его личные бумаги, важные для истории края документы, касающиеся его умиротворения и благоустройства; здесь же имеются вещественные выражения живейших чувств благовения и благодарности М.Н.Муравьеву от разных сословий, принесенных ему при оставлении им Вильны 17 апреля 1865 года и многое, многое другое. Да, 17 апреля граф М.Н.Муравьев, утомленный беспрерывной работой и удрученный расстроенным здоровьем, оставляет Вильну, а спустя некоторое время оставляет и это земное поприще. Но совершенному им делу не суждено умереть, так как такие подвиги не умирают. И вот сегодня, в памятное в жизни графа Муравьева 17 апреля открывается у нас ему музей. Принесем же, братия-соотечественники, молитву к Господу - Подателю всякого блага, да сохранит он это учреждение навсегда целым и невредимым...".

   Мы ничего не знаем о последних годах жизни отца Иоанна, даже год его кончины установлен приблизительно по некоторым косвенным данным, но общеизвестно, что большинство представителей этого священнического рода похоронено на Черевачицком кладбище. Исключением из этой традиции можно считать лишь братьев Иоанна и Василия. Иоанн, судя по всему, был похоронен в Вильно, а Василий на кладбище соседнего ему прихода. Впрочем, жизнь этого пастыря также заслуживает особого рассказа.

   Отец Василий Котович по окончании курса в Литовской духовной семинарии вначале служил псаломщиком при той же церкви в Черевачицах, где со всем усердием исполнял свои основные обязанности. Занимаясь катехизацией, он под руководством своего отца внимательно изучал древние церковные напевы, унаследованные от дедов и прадедов. Эти песнопения производили неотразимое впечатление на души молящих и весьма пригодились ему в будущей пастырской деятельности. Вместе с отцом он также пел древним напевом весь канон Андрея Критского без всяких пропусков в течение не менее шести часов, и такое пение при поддержке двух-трех любителей приводило молящихся чуть ли не в религиозный экстаз, привлекая в церковь тысячи молящихся. Такое же усердие он применял и к богогласникам, столь любимых народом. Будучи специалистом по части садоводства, он разбил на церковной земле в Черевачицах великолепный фруктовый сад.

   Пребывание отца Василия на Черевачицком приходе было сравнительно непродолжительным. После смерти своего тестя Адама Лехачевского - настоятеля Озятской церкви, оставившего после себя большое семейство, Василий Котович добивается своего перевода в Озяты, где вскоре рукополагается в священники. На новом месте молодой пастырь проявил себя как прилежный хозяйственник и храмоустроитель. Однако главной заботой отца Василия было религиозное просвещение и нравственное совершенствование своей паствы. К примеру, он ввел в употребление в своем Озятском приходе так называемый простонародный катехизис, в котором в доступной форме была изложена вся главнейшая суть христианского православного вероучения. Сам постоянно читая этот катехизис в церкви, он распространял их в рукописных тетрадях по приходу, а затем он разошелся по Литовской, Волынской и Холмской епархиям, вызывая самые одобрительные отзывы как от пастырей, так и пасомых. Всячески укреплял он в сознании людей и необходимость сохранения в церковном богослужении старинных церковных песнопений. Он благоговел перед стариной, ибо в ней на самом деле было много прекрасного и поучительного. С большим умением он проповедовал Слово Божие, о чем свидетельствовало огромное количество его рукописных проповедей, которые так нравились прихожанам, что они сами приходили к батюшке и просили дать им ту или иную проповедь, которую копировали и распространяли среди односельчан. И даже состоя за штатом на покое, он заботился о духовном благе своих прихожан. В одном из своих писем брату Никанору он об этом писал: "Я выбираю и списываю лучшие места из духовных творений и распространяю их между прихожанами для их назидания". Для поддержания веры между людьми он при каждой встрече с паствой по примеру своих предков говорил ей: "Слава Богу", на что получал обычный ответ: "На веки слава". Во многом благодаря усилиям отца Василия в его приходе не было ни одного атеиста, ни одного баптиста или субботника. Церковь же, где служил он, всегда была битком набита народом, перила церковные трещали от напора людей, яблоку в ней негде было упасть.

   Нравственности он был исключительной. В каждом человеке видел прежде всего человека. Он никому не делал зла и даже не желал его. Каждому его слову можно было верить. До остатка дней своей земной жизни он внимательно следил за духовной и светской литературой. Первая мировая война застала отца Василия Котовича на выслуге полной пенсии на покое почти семидесятилетним старцем в Чабаевке. После почти полной эвакуации православного духовенства из прифронтовой полосы он остался со своим народом, окормляя паству на 66 приходах на территории от Бреста до Пинска. В годы кайзеровской оккупации отец Василий здесь практически был единственным действовавшим священником.

   В конце августа - начале сентября 1915 года возле хутора Чабаевка произошел многодневный бой. Тотчас же по прекращении боя, когда русские войска отступили, а немцы последовали за ними, отец Василий обошел место боя, расположенное в казенных лесах, и похоронил здесь около 80 русских воинов, чьи тела были обнаружены на многоверстном пространстве. Вначале немецкие военные власти относились к оставшемуся православному священнику с недоверием, подозревая его в шпионаже, но с течением времени отец Василий обрел у оккупационных властей полное доверие и уважение к себе за его верность своему пастырскому долгу. Этот свой долг отец Василий безукоризненно выполнял в прифронтовой полосе на протяжении четырех лет. Надо отдать справедливость немцам: дань своего уважения к "ортдоксер-пастор" они выразили присылкой специального художника-портретиста, который написал с отца Василия прекрасный портрет, каковой был увезен ими с собою в Берлин.

   Когда война окончилась и стали возвращаться беженцы, а вместе с ними и былое духовенство, отец Василий Котович ограничился лишь одним Опольским приходом, откуда перешел затем в Стрельнянский приход, где успел капитально отремонтировать церковь. Осенью 1935 года он полностью ушел на покой, а через неполные два года умер. Почивший был похоронен на кладбище соседнего Вавуличского прихода Дрогичинского уезда. Чин погребения совершил протоиерей Н.Соботковский в сослужении десяти священников при огромном стечении народа и собрании родных и близких. Сразу после смерти Василия Котовича, в 1937 году, на страницах "Воскресного Чтения" (№ 48) священник Никанор Котович рассказал читателям об этом замечательном пастыре из древнего священнического рода.

Валерий Черепица

На галоўную старонку