На галоўную старонку
 


Родословная Гамшеев - первых
владельцев Березы

Услышанные рассказы о предках, о событиях из их жизни, вплетенные в историю района и города Березы- Картузской, откуда они происходили, а также совершенные с отцом два незабываемые путешествия в те места, склонили автора настоящего труда не только к изучению генеалогии собственной семьи, но, прежде всего, к заполнению пробелов в историографии Березы, поскольку отсутствуют монографии, посвященные её истории.

Собранные в течение нескольких лет исследований самые давние упоминания о Березе, в приблизительно первые полвека существования, связывают ее с родом неких Гамшеев. И поэтому познание истории Березы лучше начать с изучения генеалогии этого, до сих пор слабо изученного шляхетского рода.

Первые три поколения Гамшеев

Старейшее, известное нам сегодня упоминание о Березе, связывается с Гамшеями, - это одновременно и самые ранние упоминания об этом роде. В 1477 году Ян Гамшей (Гамшц) с женой своей Барбарой должны были построить в своих унаследованных владениях, названных Береза, фарный костел во имя Святой Троицы с домом приходского священника и подарить для этого костела землю и сноповую десятину [1].

Великий князь литовский и король польский Александр Ягеллончик.
Великий князь литовский и король польский Александр Ягеллончик.
Следующая информация о Гамшеях содержится в письме, написанном в Троках великим князем литовским Александром Ягеллончиком в субботу 10 июня 1496 года. Документ этот призывал пана Юрия Гамшеевича прибыть вместе со своей матерью в суд на судебное разбирательство, которое должно было состояться через две недели от даты письма. Боярыня Слонимского уезда, некая Миколаевна (Миколаевая) подала жалобу на Юрия, что его отец, будучи должен 70 злотых умершему уже Яну Богдану Андреевичу, выслал к нему ее мужа, бывшего в услужении, который по причине доставки всего лишь (несполна) 20 злотых, был Андреевичем пойман и посажен в городок [острог ?. – Ред.], где умер в неволе.

После его смерти она получила от отца Юрия 20 злотых, а сейчас требовала остаток, 50 злотых, как, наверно, цену за смерть мужа. Юрий Гамшей (Гамшевичь) оправдывался перед нею тем, что не знал этого дела, одновременно прикрываясь своей матерью. Чем закончилось это разбирательство господарского суда – неизвестно. Можно только отметить, что в этом письме подчеркивалось - неявка матери Юрия в установленный срок к великому князю для суда налагала на Гамшея обязательство выплаты госпоже Миколаевой спорных 50 злотых [2].

Следующие Гамшеи, которые нам известны – это братья Николай и Ян. Вначале узнаём о Яне Гамшее (Яне Гомшеевиче), в документе от 29 января 1516 года, в котором есть упоминание о служащем ему боярине Станиславе [3].

Необычайно ценным для изучения биографий обоих братьев Гамшеев является датированный 20 февраля 1516 года документ судебного разбирательства в Слониме, из которого узнаем подоплеку происходившего между братьями спора, главным образом на почве имущества. Содержание этого документа представляет собой отдельные жалобы, которые составляли друг на друга Ян и Николай Гомшеевичи: одной из основных проблем был раздел родового имущества после недавней смерти их матери, и особенно - их взаимные претензии к оставшейся после нее усадьбе, в которой она жила до своей смерти [4]. Их отец, наверно, умер еще раньше.

Неизвестный Гамшеевич, наверно, один из этих братьев, в 1522 году состоял среди литовских панов и дворян, которые ехали в "застабу" [ застава, поход. – Ред.] в Киев. О каком походе точнее шла речь, это на нынешнем этапе исследований определить практически невозможно. Известно только, что в поход тот Гамшеевич выставил 10 всадников (коней) [5].

Действуя уже совместно, братья вступают в конфликт с собственницей владения Сигневичи (Сегневичи), госпожой Бжеской, в результате которого в 1526 году провели разграничение этих владений, окончательно утвержденное самим королем Сигизмундом [6].

Конфликт все-таки разгорелся по-новому, поскольку в 1528 году дело дошло до нового разграничения, в удерживаемой ими части "острова" Ястрембель, в их имении Сегневичах [7].

В реестре (списке) войска литовского за тот же самый год в свите "панов рады их милости" находим как Николая Гамшеевича с 6 всадниками, так и Яна с 16 всадниками и дополнительно 2 всадника из "рускицх лудзи" [8]. Наверно, небрежная копия этого реестра выполнена в 1641 году, где их фамилия ошибочно подана как "Юмѣшевичъ", где также приписывалось Яну не 16, а 17 всадников [9]. Эта различие, однако, не изменило того факта, что Ян был значительно, почти в три раза, богаче своего брата Николая, чем был обязан, наверно, браку, о котором будет еще идти речь в следующей части этой статьи.

Родство Гамшеев со Ставскими

Имеем также информацию о проходившем в 1522 году судебном процессе об имениях, оставленных умершим уже Юрием Ставским (Юрѣи Ставѣски), называемых: Став (Ставъ), Зломысль (Зломышль или Зловышлм) и Орле (Орлею), в котором в отсутствие Гамшеев участвовали такие личности, как: епископ луцко-брестский Павел Гольшанский [10], маршалок земский и воевода новогрудский Ян Янович Забережинский [11], а также придворный маршалок и неоднократно бывший старостой Юрий Янович Илинич [12].

Павел Гольшанский. Художник Дж. дель Монте. XVI в.
Павел Гольшанский.
Художник Дж. дель Монте. XVI в.
По приговору, вынесенному, вероятно, еще до марта того года, Зломысль был отдан епископу Павлу, который должен был дать за него деньги, Орле должен был получить пан Илинич "до права", однако же Став оставался в "господарско руце", то есть под королевским надзором [13]. Дело не было до конца улажено, и скоро, 27 марта 1522 года, король назначил епископу Павлу срок судебного разбирательства с Забережинским , Илиничем и Гамшеями и "инымъ близкимъ", связанными с имуществом Юрия Ставского. Употребленный по отношению к соперникам епископа термин "инымъ близкимъ" может свидетельствовать, что эти лица должны были находиться со Ставским в каких-то родственных отношениях [14]. Однако из-за неявки епископа срок тот переносился не менее двух раз [15].

О степени родства Гамшеев со Ставским узнаем из заключенного в середине 1522 года соглашения между ними и епископом Гольшанским. Юрий Ставский (Юрѣи Ставѣски) определён там дядей (стрыя, стры ихъ) Гамшейвичей. Обиженные на Ставского за игнорирование их и завещание всех трех имений епископу, Гамшеи навсегда отказались от своих притязаний на полагавшееся им от Ставского имущества в пользу епископа Павла. Оставили себе только одно имение Минковичи, Гольшанский же дал им за отказ 230 коп (шестьдесят штук) грошей и по мерину [16].

Вероятно, именно это соглашение имели ввиду Ян Янович Забережинский и Юрий Илинич, жалуясь королю на факт продажи Гамшеевичами епископу Павлу трех имений Юрия Ставского, "близкостъ ихъ", когда "они близскии были тыи пнзи оложити". Король обязался в ином, позднее "въ томъ имъ справедливостъ вчинити"[17].

Известна также запись о жалобе, которую 27 мая 1522 года епископ Павел подал на Юрия Илинича за владение им имением Орлею, которое, по словам епископа, завещано Юрием Ставским католической церкви. Илинич защищал свое имущество, утверждая, что имение то отдала ему госпожа Якубовая Ставская в 363 копах и 6 грошах в качестве приданого, которое принесла в дом своего мужа. Тот муж за ее деньги должен был купить себе имение стоимостью 100 коп. широких грошей, а остаток же отдать на другие расходы. Однако епископ Павел не признал этого: запись имений в качестве приданого. Якубова после смерти мужа "сидела вдовьем престоле" и имела для своего содержания больше, чем нужно. Кроме того, по его мнению, она не имела оформленных документов на свои вдовьи права. Так же и Юрий Илинич, спрошенный о таком же оформлении его документов, не сумел их показать. И поэтому король и паны-рада выдали решение, приказывающее вернуть Орле епископу, мотивируя это тем, что, не имея оформленных документов от мужа, она тем самым не могла распоряжаться его имуществом [18]. В конце концов, епископ Павел должен был взять все спорные земли Ставского, поскольку видим их вместе с Дубово и Рудниками [19] в его владении 9 октября 1536 года [20].

Информация, вынесенная из этого процесса, однако, больше ставит вопросов на тему рода Гамшеев, чем дает ответов. Во-первых, не знаем точно, какие именно Гамшеи принимали в нем участие? Из представленных уже источников можно заметить, что упомянутый в 1496 году Юрий Гамшей в 1522 году уже не жил. Единственными Гамшеями, появлявшимися на страницах источников того времени, были его сыновья Николай и Ян. И тут тоже появляется существенное противоречие, так как мало правдоподобно, чтобы их дядя мог носить то же самое имя, что их отец. Следовательно, Юрий Ставский и Юрий Гамшей не могли быть братьями. Не исключено, однако, что Ставский был дядей, либо двоюродным братом их отца. Таким образом, для Николая и Яна окончательно он мог быть так же определен, как дядя. Не знаем также, когда Ставский умер, получается, все-таки, что не могло это случиться чуть раньше 1522 года, потому что в деле спора епископа Павла с Илиничем говорилось о жене Ставского, вероятно, дочери неизвестного нам Якуба, которая через некоторое время владела имениями мужа как вдова. Похоже на правду, что собственная ее смерть, вероятно, на грани 1521 и 1522 годов, начала серию тех судебных процессов. Когда же, все-таки, умер Ставский? Поскольку он отписал в завещании епископу свои владения, то, наверно это не могло быть раньше 1507 года, когда видим князя Павла Гольшанского в должности луцкого епископа [21]. Умер же Ставский, наверно, не оставив после себя мужского потомства. Какие родственные отношения связывали его с луцким епископом Павлом, Забережинскими, или теми же Илиничами – это, к сожалению, нам неизвестно.

Исследуя местность возле Став в земле дрогичинской, находим информацию об основании там в 1460 году деревянного костела во имя Успения Пресвятой Богородицы Яном и Юрием Вставскими [22] – согласно одному источнику, а согласно другому же – Юрием и Иоанной Ставскими [23]. Первая версия фамилии представляется ошибочной, расхождения касаются также имени другого соучередителя. Была ли это Иоанна, быть может, жена Юрия, либо фактически Ян, имя которого на латинском пишется "Иоаннес", которое стояло, наверно, за именем Юрий, и потому ошибочно прочитанное как женское. Поскольку не располагаем до сих пор оригиналом записи про то основание (фундацию), автор этой статьи склоняется к гипотезе, что там могла идти речь о младшем брате Юрия Ставского по имени Ян.

И тут приходим к выводу, что Юрий Ставский из документа 1460 года, вероятно, был тем самым Юрием Ставским, за имущество которого велся в 1522 году процесс и смерть которого - как предполагаем – должна была наступить на несколько лет раньше. Брат же его, Ян Ставский, мог быть тем самым Яном Гамшеем, основателем костела в Березе. Поскольку Ставский должен быть дядей Гамшеев, то имеем очередное доказательство того, что Ян Гамшей, упомянутый в 1477 году, был отцом Юрия Гамшея. Также рассуждая, можно было предположить, что в 1460 году Ян Гамшей не владел еще Березой, которую мог приобрести только лишь после брака с Барбарой. По правде говоря, есть здесь сомнения насчет слишком долгого периода жизни Ставского, и поэтому тот Ставский из судебного процесса вполне мог быть сыном Ставского в 1460 году.

Основанный же ими костел, наверно, не был первым в этой местности. Ставы, как местонахождение римско-католического прихода, функционировавшего под шляхетским патронажем (каменецкий деканат, брестский архидеканат) упомянуты были как в 1446 году [24], так и в 1405 году [25]. Жили ли там тогда предки Ставских? К сожалению, об этом роде, кроме того, что уже рассказали, ничего больше на сегодняшний день не знаем.

Примечания
  1. Копия фундации костела в Березе находится в: Raport plebana bereskiego X. Macieja Gierdwiłły do biskupa w sprawie dziesięcin kościoła, w Berezie 20 April 1836, академии наук в Вильнюсе (Lietuvos Mokslo Akademijos Biblioteka, дальше: LMAB), сигнатура ф. 43, д. 5678. На это письмо ссылается также: Pismo X. Józefa Sochasza do biskupa wileńskiego o stanie kościołow w parafji, смотри LMAB, сигн. ф. 43, д. 5696. В 1650 году на основании соглашения картузов с березовским плебаном указанная сноповая десятина заменена на: денежную 300 злотых ежегодно и восковую в количестве 18 фунтов воска, а также свободный доступ к монастырским водяным мельницам. В 1836 году упомянутые 300 зл. заменили на 45 серебряных рублей. Информация о самой фундации находится также в: Jan Karczewski, Biskupstwo Wileńskie od jego założenia aż do dni obecnych zwierające dzieje i prace biskupów i duchowieństwa diecezji wileńskiej, oraz wykaz kościołów, klasztorów, szkół i zakładów dobroczynnych i społecznych (дальше: J. Karczewski, Biskupstwo Wileńskie), Wilno, 1912, s. 235; Wanda Rewieńska, Bereza Kartuska. Wybrane rozdziały z antropogeografii miasteczka (дальше: W. Rewieńska, Bereza Kartuska), "Prace Towarzystwa Przyjaciół Nauk w Wilnie", t. VIII, z. 11, 1934, s. 11, [za:] Biblioteka Uniwersytetu Wileńskiego ( Vilniaus Universiteto Biblioteka, дальше: VUB), сигн. ф. 4, А-74, рук. 11, Dekret zaoczny grodzki województwa brzeskiego w sprawie klasztoru kartuzów z plebanem bereskim 1763 roku.
  2. АКТЫ ЛИТОВСКОЙ МЕТРИКИ (дальше: АЛМ), Т. 1, Ч. 1: 1413-1498 гг., изд. Ф.И.Леонтовича, Варшава 1896, С. 108-109, поз. 278 ( oryg V 79-105, indykacja 14).
  3. Русская Историческая Библiотека Издаваемая Императорскою Археографическою Коммиссiею (дальше: РИБИИАК), Т.ХХ: Литовская Метрика. Книга первая судныхъ делъ 1510-1517, Петербург 1903, поз. 222, кол. 297-298 (oryginał об. л. 123).
  4. РИБИИАК, Т.ХХ: Литовская Метрика. Книга третъя судныхъ делъ 1518-1522, Петербург 1903, поз. 122, кол. 1420-1422 (oryginał об. л. 67-68, indykacja 8).
  5. Lietuvos Metrika (1440-1523): knyga nr 10, Vilnius 1997, poz. 118, s. 112 ( oryg. 104 /89/).
  6. A. Boniecki, Poczet rodów w Wielkiem Księstwie Litewskiem w XV i XVI wieku (дальше: A. Boniecki, Poczet) Warszawa, 1887. s. 84-85. [za:] ML15.
  7. Opis. Dok. Bum. Mosk. Arch. Jur. Ks. XXI, s. 307, nr 607; Seweryn Wysłouch, Rozwój granic powiatu Kobryńskiego do połowy XVI wieku (дальше: S. Wysłouch, Rozwój granic) Wilno, 1930. s. 81.
  8. ML Ks. 1 sp. Pub. F. 5 i 8; Popis, s. 53, oryg. л.; A.Boniecki, Poczet..., s.84 [za:] ML 21; S. Wysłouch, Rozwój granic, s. 82.
  9. Копия реестра 1528 года сделана 5 марта 1641 года и хранилась в Публичной библиотеке в Вильне ( сигн. из ХIX в.: шкаф 20, № 123) [см.:] AVAK, t. XXIV, Акты о боярахъ, С. 39 ( список польностью с. 36-67).
  10. Князь Павел Александрович Гольшанский герба Гиппоцентавр, первый раз упоминается как студент Краковской академии в 1504 году. В 1507 г. занимал уже должность луцкого епископа. Виленским бискупом был выбран в 1536 году. Умер 4 сентября 1555 года. Был владельцем полностью или частично: Гольшан, Хожова, Дунилович, Глуска, Лебедева, Романова и Волпы. В 1527 году получил также Пуньское староство. В 1528 году должен был выставить в военный поход 122 всадника, в том же году получил в Вильне от своего швагра Николая Пацевича усадьбу (двор) с площадью, которую позднее продал киевскому бискупу Кежгайлло. См.: Adam Boniecki, Herbarz polski, Cz. I: Wiadomości historyczno-genealogiczne o rodach szlacheckich (дальше: A. Boniecki, Herbarz), t. VII, Warszawa, 1904 , s. 303 i 305.
  11. Ян Янович Забережинский герба Лелива, маршалок земский, воевода новогродский, державца меречский и пан долговский.
  12. Юрий Иванович Илинич герба Корчак, второй сын Ивана – смоленского наместника. В 1501 году староста брестский, в 1514 году также староста ковенский, а в 1518 году маршалок надворный литовский у короля Сигизмунда Ягеллончика. Помещик Вороневиц, в 1512 году купил Макаровщизну (Каменецкий уезд) и Котлубаевщизну. В 1518 году дал 500 коп грошей литовских за владение Брестским староством, которое ему в 1522 году подтвердил в вечное пользование король Сигизмунд. Умер в 1527 году. Его жена была дочкой троцкого воеводы Яна Забережинского, которая в приданое ему принесла 3-ю часть Шерешева. Его дети – сыновья: Иван, Николай, Станислав и Щасны, а также дочки: Ядвига и Анна. См.: A. Boniecki, Herbarz, t. VIII, s. 33-34.
  13. РИБИИАК, Т. ХХ: Литовская Метрика. Книга вторая судныхъ делъ 1506-1523, Петербург, 1903, поз. 329, кол. 1044-1045 (оригинал об. л. 273).
  14. РИБИИАК, Т. ХХ: 1506-1523, поз.352, кол. 1071 (ориг. 287-287 об.л., indykacja 10).
  15. РИБИИАК, Т. ХХ: 1506-1523, поз 346, кол. 1064-1065 (ориг. л. 284) и поз. 356, кол. 1075 (ориг. 289-289 об. л.).
  16. РИБИИАК, Т. ХХ: 1506-1523, поз. 375, кол. 1097-1098 (ориг. 300-300 об. л.).
  17. РИБИИАК, Т. ХХ: 1506-1523, поз. 385, кол. 1109-1100 ( ориг. об. л. 306-307).
  18. РИБИИАК, Т. ХХ: 1506-1523, поз. 376, кол. 1098-1099 (ориг. об. л. 300-301, indykacja 10)
  19. Рудники – село на песчаных холмах, над рекой Кшной. См.: Ksawery Zdański, Pryczynki do dziejów powiatu Brzesko-litewskiego i ziem nim objętych (дальше: K. Zdański, Przyczynki) Warszawa, 1936. s. 101.
  20. В результате подписанного того же дня в Вильне соглашения между князем Павлом Гольшанским, назначенным виленским бискупом, и Георгием Фальчевским, который заменил его на кафедре в Луцке – Гольшанский уступил Луцкому епископству, купленные им имения в дрогичинских землях, т.е. имение Став с селами Зломысль, Орле, Дубово и Рудники. За это Фальчевский обязался отреставрировать епископский дворец в Вильне на Верхнем замке, поставить возле кафедрального собора отдельную капличку и уступить в вечное владение бискупа Павла виленский каменный дом, напротив епископского дворца, известного под названием "дом органиста". См.: Описание Рукописного Отделения Виленской Публичной Библиотеки, Выпускъ Третий, Вильна, с. ХХ, поз. 120; Władysław Pociecha, Królowa Bona 1494 . 1557 (дальше: W. Pociecha, Bona) Poznań, t.VII, s. 136-137.
  21. A. Boniecki, Herbarz, t. VIII, s. 303.
  22. J J an Karczewski, Biskupstwo Wileńskie, s. 237.
  23. K. Zdański, Pryczynki, s. 104-105.
  24. Католическому приходу в Ставах принадлежало близкое село Лозовица над Бугом, которым в XV и в начале XVI века владел род Лозовицких, а во второй половине XVI века находилось в руках рода Илиничей герба Корчак. См.: K. Zdański, Pryczynki, s. 37.
  25. Ludwik Królik, Organizacja diecezji łuckiej i brzeskiej od XVI do XVIII wieku, Lublin, 1983, s. 281, poz. 4.

Павел Товпик
Перевод с польского Оксаны Малик

На галоўную старонку