На галоўную старонку
 


А. Ильин

ЧЕРЕВАЧИЦКИЕ КОТОВИЧИ – СВЯЩЕННИКИ,
ДЕЯТЕЛИ КУЛЬТУРЫ И ПРОСТО ЛЮДИ

Глава XXVI. Митрофорный протоиерей Евгений Петрович Котович.

Средний сын васильковского священника Евгений Петрович Котович родился 20 февраля (ст. ст.) 1874 года в селе Вежки Пружанского уезда. 20 июня 1895 года он окончил Литовскую духовную семинарию со званием студента, а 10 августа был назначен учителем в Белостокскую церковно-приходскую Владимирскую школу1, которая была открыта 1 сентября 1888 года к 900-летию Крещения Руси, и названа в честь равноапостольного великого киевского князя Святого Владимира. Школу разместили в здании бывшего военного госпиталя. Основные средства на её содержание поступали от Городской управы.

Белосток (ныне Польша) тогда бурно развивался, стал центром текстильной промышленности и крупнейшим городом Гродненской губернии (около 60 тысяч жителей). 81% населения составляли евреи. Тогда в городе была православная церковь, костёл, лютеранская кирха, две синагоги, 39 еврейских молитвенных домов, два театра (временных), реальное училище, институт благородных девиц, уездное училище, начальные церковные училище.

В Белостокской церковно-приходской Владимирской школе тогда преподавались следующие предметы: 1) по Закону Божию - Священная История Ветхого и Нового Завета, затем Катехизис и чтение о Богослужении по гимназической программе; 2) по церковному пению - изучаются все церковные песнопения, как-то: ирмосы всех праздников, задостойники, тропари и пр.; 3) по церковно-славянскому языку - чтение часослова, псалтири, всех четырёх евангелий, служб, гласов из учебного октоиха, приготовление к чтению и пению в церкви по богослужебным книгам; 4) по русскому языку: изучение грамматики и синтаксиса; диктовка, письменное изложение содержания разобранных статей, составление повествований и описаний; 5) чистописание; 6) по арифметике (счислению) - решение задач на четыре действия, на именованные составные числа; таблицы русских мер, квадратные и кубические меры; дроби, задачи устные и письменные; начальные и краткие сведения о времяисчислении, относящиеся сюда задачи; 7) Русская гражданская история и русская церковная история, с добавлением сведений из общей церковной истории по программе городских училищ, только в более обширном объёме.

Интересен порядок учебного дня в Белостокской школе: с 8 ч. до 8 ч. 30 м. утра ученики и ученицы собирались в школу; в 8 ч. 30 м. раздавался звонок, и учащиеся размещались по классам, где учителями производились проверки явившихся и неявившихся учеников. Затем учащиеся всех трёх классов собирались в самом обширном классе на общую утреннюю молитву, которую читал очередной ученик старшего класса. По окончанию молитвы начиналась малая переменка, и вслед затем раздавался звонок на 1-й урок, начинавшийся в 9 часов. Каждый урок продолжался ровно час с переменкой после каждого в 5 минут. До завтрака проводилось три урока. Завтрак и отдых продолжается с 12 ч. 10 м. до 12 ч. 30 м. После большой переменки следовало ещё два урока с переменкой в 5 минут. В 14 ч. 35 м. оканчивались уроки. После окончания последнего урока ученики в своих классных комнатах пели молитву перед обедом и затем расходились по домам.

Евгений Петрович Котович (1895).
Евгений Петрович Котович (1895).

День Священного Коронования Их императорских Величеств Государя Императора Николая II и Государыни Императрицы Александры Феодоровны стал памятным для учеников и учителей Белостокской церковно-приходской Владимирской школы. 14 мая 1896 года Белосток явился обновлённым, чистеньким и убранным флагами, транспарантами и императорскими вензелями. Утром была совершена Божественная литургия в Белостокском соборе, где находились все учителя и ученики школы, часть учащихся участвовали в пении на клиросе. По окончании литургии они и весь народ разошлись по домам в трепетном ожидании получения телеграммы о совершении Священного Короновании и Миропомазании Их Императорских Величеств. В 13 часов 30 минут раздался пушечный выстрел и колокольный звон, возвестивший жителям города Белосток о получении телеграммы. Народ массой устремился к собору, откуда крестным ходом направился на городскую площадь, где совершенно было благодарственное Господину Богу молебствование с коленопреклонением. Учителя и ученики участвовали в пении молебна, все они получили на память Коронационные листки от уездного училищного совета.

Не без активного участия Евгения Котовича2 Белостокская церковно-приходская Владимирская школа стала образцово-показательной, она была прекрасно обеспечена учебниками и наглядными пособиями. Поэтому, туда часто водили различных высокопоставленных особ.

7 сентября 1895 года школу посетил архиепископ Литовский и Виленский Иероним, который испытал учеников в славянском чтении и Законе Божием и остался доволен ответами учеников.

В конце августа 1897 года Император Николай II и Императрица Александра Феодоровна присутствовали на военных манёврах под Белостоком. 26 августа Белостокскую церковно-приходскую Владимирскую школу посетила Ея Императорское Величество Государыня Императрица Александра Феодоровна в сопровождении светлейшей княгини, обер-гофмейстрины Марии Михайловны Голицыной, гофмейстера, графа Василия Александровича Гендрикова и фрейлины, княгини Софии Владимировны Оболенской. Императрица посетила учебные классы, где прослушала молитвы учеников и довольна была их успехами. Вечером в школе, по случаю этого знаменательного события, состоялся литературно-вокальный вечер, закончивший пением русского гимна "Боже, царя храни". После исполнения гимна учитель Евгений Котович раздал каждому ученику по 1/8 фунта (60 г) сладостей.

9 сентября 1898 года товарищ обер-прокурора Святейшего Синода Владимир Карлович Саблер в Белостоке посетил двухклассную церковно-приходскую школу, ученики, которой за прекрасные ответы по Закону Божию, за славянское и русское чтение, а также за церковное пение удостоились особенной похвалы Саблера, который подарил пяти лучшим ученикам книги религиозного содержания. При этом обратился к ученикам с назидательной речью и оставил им на "гостинец" 15 рублей. Выразил их учителю Евгению Котовичу свою благодарность и подарил ему "Школьный календарь на 1898-1899 учебный год".

Епископ Гродненский Иоаким (Левицкий).
Епископ Гродненский Иоаким (Левицкий).

16 января 1900 года Белостокскую церковно-приходскую школу посетил первый епископ Гродненский - Иоаким (Левицкий). Он экзаменовал учеников по Закону Божию, церковно-славянскому и русскому языкам, остался доволен их ответами и подарил им нательные крестики. Через полтора года владыка Иоаким снова посетил школу. В газете "Гродненские Епархиальные Ведомости" про этот визит писали: "Его Преосвященство отбыл из реального училища в церковно-приходскую двухклассную школу, куда прибыл в 1 ¾ ч. и был встречен городским головою П.Е. Решетнёвым, уездным наблюдателем о. В. Чулковым и законоучителем школы диаконом о. И. Недзведзким. Владыка проследовал во ІІ класс. Ученики пропели молитву и "Исъ полла эти деспота". Осведомившись, что урок идёт по русской гражданской истории, Его Преосвященство изволил сам испытывать учеников, которые рассказывали - "Детские годы Петра Великого" и "о патриархе Никоне". Рассматривая письменные упражнения. Его Преосвященство спросил ученика объяснить выражение "домашние думы в дорогу не годятся". Его Преосвященство, видимо, обращающий особенное внимание на постановку церковного пения по всем учебным заведениям, указал здесь всему классу пропеть - "Иже херувимы"; ученики, под управлением своего учителя-регента Троца, отлично спели всю херувимскую песнь.

В "визитационной книге Белостокской церковно-приходской школы Его Преосвященству благоугодно было сделать следующую собственноручную отметку: "При посещении школы утешен был и разумными ответами учащихся, и стройным церковным пением. Выражено одобрение и учащим и учащимся. 2 ноября 1901 г. Иоаким, Епископ Гродненский и Брестский". Оставляя этот класс, владыка преподал и здесь ученикам Архипастырское наставление, заключив его словами - "по окончанию школы, всегда ведите себя так, чтобы школа не стыдилась вас, будьте радостью и утешением родителям своим". Благословив учителя школы Е. Котовича и учеников крестиками. ( ...) Архипастырь проследовал в ІІІ-е отделени І класса. Здесь ученики испытывались в церковно-славянском чтении и в Законе Божием. Владыка изволил предлагать вопросы: - какая заповедь запрещает зависть, какая повелевает чтить праздники, какая - почитать старших себя? Благославив учительницу сего класса Ольгу П. Котович и учащихся, Его Преосвященство изволил посетить женскую церковно-приходскую школу. Учительница Л.Я. Лихачевская имела счастье доложить, что идёт урок рукоделия. Его Преосвященство изволил рассматривать рукодельные работы учениц". Похоже, что учительница Л.Я. Лихачевская - двоюродная сестра Евгения Котовича. Епископ Иоаким ненавидел Котовичей, потому его похвалы и подарки Евгению Котовичу означают, что тот был прекрасным учителем, что предвзятый владыка не мог ни к чему придраться.

В 1898 году в Белостокской школе, впервые, устроили рождественскую ёлку. Евгений Котович принял активное участие в этом: собирал деньги с помощью подписных листов. Собрали 90 рублей, на которые купили подарки для детей. Веселись школьники до 11 часов вечера под наблюдением педагогов: Е. Котовича, А. Скабаллановича и Л. Лихачевской.

11 мая 1903 года ко дню памяти свв. Мефодия и Кирилла Евгений Котович был Св. Синодом награждён Библией за особые труды и ревность в исполнении учительського долга. Тогда уездный наблюдатель церковно-приходских школ писал, что "Евгений Котович, весьма усердный и опытный труженник". Ометим, что учитель ещё дополнительно был вторым законоучителем в Белостокской церковно-приходской школе. Тогда в училище училось 88 мальчиков. 6 мая 1906 года Евгения Котовича за заслуги в деле церковно-школьного образования наградили серебряной медалью с надписью "за усердие" для ношения на груди на Александровской ленте, а 29 января 1910 года - золотой медалью на Анненской ленте.

В 1905 году было образовано Общество взаимного вспомощенствования учащим и учившим в церковных школах Гродненской епархии. В следующем году в этом обществе насчитывалось 140 человек. Председателем выбрали священника Михаила Пешковского (заведующего Белостокского Владимирского училища), членами правления - учителей: Евгения и Анну Котовичей3. Кроме того, Евгений Котович был ещё казначеем. В 1906 году правление общества постановило устроить в помещении Друскеникской церкви-школы санаторий для учительських детей. Оно приобрело в Друскениках два дома, оборудувало их мебелью. С мая 1913 года там стал работать ещё и учительский санаторий. В этом деле Евгению Котовичу, наверняка, помог его двоюродный дядя Юлиан Котович, настоятель Друскеникского прихода. В 1912 году встали вопросы: об открытии общежитий для учительских детей в Белостоке, Бресте и Слониме, о выдаче посмертных пособий членам общества, о выдаче пособий учителям и др. Таким образом, Евгения Котовича можно считать создателем одного из первых учительских профсоюзов в Российской империи. 3 января 1914 года в Гродно состоялось Общее собрание депутатов-учителей Общества взаимного вспомощенствования учащим и учившим в церковных школах Гродненской епархии. Депутаты открытым голосованием избрали председателем общества Евгения Котовича.

Он был, кроме того, членом правления Благотворительного общества в Белостоке, а также - членом Совета и секретарём Белостокского братства Пресвятой Богородицы "Всех скорбящих Радосте". Председателем братства был протоиерей Павел Зелинский. В архиве Котовичей-Павловичей, хранящемся в Одессе у Тамары Георгиевны Вербицкой, есть фотография (1906 г.) Евгения Котовича с Лидией Павловной Зелинской - дочерью белостокского протоиерея. Возможно, что она была невестой Евгения Котовича. В чём причина того, что венчание не состоялось, можно только гадать. Известно, что Евгений Петрович Котович не был женат и не имел детей. Перед самой Первой мировой он ещё работал старшим учителем Белостокской церковно-приходской Владимирской школы, в которой тогда училось 162 мальчика и 10 девочек. Уездный наблюдатель церковных школ отмечал, что особыми успехами в преподавании отличался учитель Евгений Котович.

1 октября 1914 года Евгений Котович был назначен помощником инспектора Холмской духовной семинарии, что, наверно, не случайно, так как в губернском городе Холм (ныне г. Хелм в Польше) жила с мужем его сестра Анна Петровна Павлович. "Религиозная и народная жизнь Холмщины, - писал митрополит Евлогий (Георгиевский), - была сложная. В ней скрещивались и переплетались разнородные религиозные течения, воздействия разных культурных наслоений, обусловленные всем историческим прошлым этого края: Русь и православие - как исторический фундамент; Польша и католичество в виде унии - как дальнейшее наслоение"4. Ещё сравнительно недавно, 11 мая 1875 года, было совершено воссоединение холмских греко-католиков с православной церковью. Поэтому, тогда на Холмщине была непростая межконфессионная и межнациональная ситуация.

В 1875 году была создана православная Холмская духовная семинария. В 1914 году ректором семинарии был архимандрит Серафим (в миру Михаил Митрофанович Остроумов, 1880-1937)5, а инспектором - иеромонах Смагард (в миру Павел Антонович Латышенков, 1885- после 1935), который известен тем, что в 1923 году застрелил за раскол главу Польской автокефальной православной церкви, митрополита Георгия (Ярошевского). Наверняка, такой фанатично-убеждённый человек, как отец Смагард, оказал влияние на своего непосредственного подчинённого - Евгения Котовича.

Летом 1915 года Холмская духовная семинария была эвакуирована в Москву, а в 1918 году переехала в древний волынский городок Кременец, находившийся рядом со знаменитой Почаевской лаврой. Кроме должности помощника инспектора Евгений Котович занимал тогда ещё одну - секретаря правления семинарии. В октябре 1920 года в Кременце на базе Холмской семинарии была создана Волынская духовная семинария.

Семинария имела тогда великолепный преподавательский состав. Её ректором стал уже архимандрит Смагард (Латышенков). Преподавателями были известный богослов Михаил Петрович Кобрин (1871-1956), Александр Яковлевич Громадский (1882-1943), в будущем митрополит Волынский и Житомирский Алексий и др. Евгений Котович проработал в семинарии до 1921 года.

В 1918 году епископ Белостокский Владимир (Тихоницкий) возглавил Гродненскую и Холмскую епархии, с которым Евгений Котович был знаком ещё до революции. Поэтому, можно предположить, что именно при содействии владыки Евгений Котович переехал в Гродно, где служил личным секретарем епископа Владимира до ноября 1922 года. Тогда же епископ Владимир рукоположил его во священника церкви местечка Козловщина Слонимского уезда. Отметим, что Евгений Котович был высвящен, как неженатый кандидат. Деревянная Успенская церковь была построена в местечке Козловщина в 1773 году. Она была в ветхом состоянии, поэтому отец Евгений участвовал в сборе денег на постройку новой церкви, которую построили уже в 1927 году.

Белорусский писатель Сергей Хмара, уроженец местечка Козловщина, писал в своих воспоминаниях: "В 1924 году уговорили священника Козловщинского православного прихода Котовича с амвона призвать крестьян, чтобы требовали белорусских школ и чтобы отпускали молодёжь в белорусские организации. Польские власти постановили его за это выселить из Польши в Гданьск. Вызвало это большое возмущение. Боясь, что наши партизаны его отобьют, так как такие ходили слухи среди крестьян, а наши партизаны и правда хотели это сделать, польские власти прислали арестовать и вывезти священника из Козловщины священника целый эскадрон кавалерии. Вот так и вывезли его в сопровождении двухсот всадников и полиции"6. Стоит отметить, что писатель Сергей Хмара был склонен к фантазиям и мистификациям. Однако, похоже, что в Козловщине всё-таки было противостояние отца Евгения Котовича и польских властей, но не в такой острой форме. В 1924 году белорусское партизанское движение в Западной Белоруссии было довольно слабым. Напомним, что недалеко в городе Волковыск работал его троюродный брат Павел Васильевич Котович, который проявил тогда себя как белорусский деятель.

Нам, к сожалению, малоизвестно о пастырской деятельности Евгения Котовича в Гродненской епархии. С января 1924 года он был настоятелем Войневичской церкви Слонимского уезда. Небольшая деревянная Крестовоздвиженская церковь в селе Войневичи была сооружена в 1897 году в традициях народной архитектуры.

С 5 апреля 1925 года отец Евгений Котович служил в селе Щара Слонимского благочиния. Щара была тогда небольшим селом, где жило чуть более 100 людей. Деревянная Свято-Троицкая церковь была сооружена в 1789 году канцлером ВКЛ, князем Александром Сапегой (1730-1793), она до наших дней не сохранилась. В храме имелось особенно местночтимое резное из дерева изображение Спасителя, сидящего на тумбе, в терновом венце и в багряной ризе с тростью в руке, почитаемое за "благодатное" - чудотворное, к которому приходило большое количество богомольцев.

С 5 апреля 1926 года отец Евгений священствовал в селе Полберег Новогрудского благочиния. Небольшая церковь во имя Рождества Богородицы была построена в этом селе в 1839 году из кирпича и дерева.

В начале 1932 году Евгений Котович был возведён в сан протоиерея. 16 марта 1932 года его избрали в состав Новогрудского миссионерского комитета.

Архиепископ  Гродненский Венедикт (Бобковский).
Архиепископ Гродненский
Венедикт (Бобковский).

Служа в Полбереге, Евгений Котович подружился с благочинным, настоятелем Новогрудского собора Василием Бобковским (1876-1951), для которого стал ближайшим другом и соратником. Овдовевший протоиерей Василий Бобковский в марте 1937 года постригся в монахи (под именем Венедикт), и был назначен архимандритом знаменитого Жировицкого Свято-Успенского монастыря - главной православной святыни Беларуси. Тогда в этом монастыре жил опальный архиепископ Пантелеимон (в миру Павел Степанович Рожновский, 1867-1950), куда его сослали польские власти за отказ признать автокефалию Польской православной церкви. Вероятно, что протоиерей Евгений Котович был назначен священником Жировицкого монастыря, в котором архиепископ Пантелеимон, архимандрит Венедикт и Евгений Котович составили ядро русского патриотического кружка, тайно сохранявшего верность Московской патриархии.

Присоединение в сентябре 1939 года Западной Беларуси к Советскому Союзу круто изменило её церковную жизнь. Архиепископ Пантелеимон вышел из тени. Белорусский историк Вацлав Пануцевич7 писал: "С присоединением Вильно и части Виленщины к Литовской республике оставшаяся часть Виленской епархии оказалась в БССР без епископа. Принял её под свою юрисдикцию архиепископ Пантелеимон, сконцентрировав в своих руках громадную территорию, центром которой сделал Жировицкий монастырь. Его сотрудниками стали: архимандрит этого же монастыря Венедикт (Бобковский) и протоиерей Евгений Котович". Архиепископ Афанасий (Мартос)8 уточнил: "Владыка Пантелеимон в конце 1939 года ликвидировал Гродненское епархиальное управление, а все дела своей огромнейшей епархии сконцентрировал в своих руках в Жировицком монастыре. Единственным помощником при управлении приходами был архимандрит Венедикт (Бобковский), настоятель Жировицкого монастыря, его личный приятель. Секретарём был прот.[оиерей] Евгений Котович. Из этих двух лиц фактически состояло епархиальное управление в Жировичах. Советские власти не препятствовали архиепископу Пантелеимону исполнять административные функции [экзарха Западной Украины и Белоруссии. - Авт.]; только он должен был платить советским властям особый налог, так наз.[ываемый] культзбор, которым было обложено всё духовенство". Платить этот налог было не под силу священникам. Это был своеобразный способ закрытия храмов. Священники возмущались, просили архиепископа о помощи, а он отвечал - терпите. С января 1940 по январь 1942 года отец Евгений Котович - член епархиального управления в Жировичах, жил в монастыре, помогая Архиепископу Пантелеимону в управлении епархией.

Чтобы укрепить свои позиции в Москве, архиепископ Пантелеимон выехал туда вместе со своими соратниками архимандритом Венедиктом и протоиереем Евгением Котовичем. Они вели переговоры с руководителем Русской православной церкви, митрополитом Сергием (Страгородским). После переговоров митрополит писал, наверно, архиепископу Пантелеимону: "Да и все мы здесь вспоминаем и Вас и Вашего предтечу (о. Венедикта) и Вашего спутника (о. Евгения). Здесь они оба понравились"9.

Однако эта поездка мало помогла белорусским архиереям, так как НКВД не доверяло "иностранцам-полякам", поэтому архиепископа Пантелеимона в июле 1940 года сменила с поста экзарха, на его место назначили надёжного проверенного митрополита Николая (Ярушевича), который поселился в Луцке. Чтобы как-то подсластить горькую пилюлю, то для архиепископа Пантелеимона организовали Гродненско-Вилейскую епархию и назначили руководителем её. Своей резиденцией владыка избрал Жировицкий монастырь, где жил тогда при нём и Евгений Котович. Советские спецслужбы так комментировали эти события: "В 1940 г. была создана консистория в Жировицком монастыре Слонимского района, в подчинении которой вошли православные общины Барановичской, Белостокской и Пинской областей. Во главе епархиального совета и консистории стоит архиерей Рожновский (бывший адмирал царской армии) с секретарём священником Котовичем"10.

А правителем дел Гродненско-Вилейской епархии назначили протоиерея Евгения Котовича, который фактически управлял этой епархией. Для поднятия его статуса 11 июля 1940 года на протоиерея Евгения Котовича в Богоявленском соборе в московском Евлоховском соборе за более чем 46-летнее служение церкви митрополитом Сергием была возложена митра.

Созданная Гродненско-Вилейская епархия была обширной, поэтому пожилому владыке Пантелеимону было тяжело ею руководить, в помощь ему 30 марта 1941 года состоялось рукоположение архимандрита Венедикта во епископа Брестского, викария Гродненско-Вилейской епархии.

Не смотря на репрессии советских властей и на атмосферу страха, охватившего западнобелорусское общество, митрофорный протоиерей Евгений Котович вёл себя довольно смело и принципиально. В донесениях советских спецслужб читаем: "24 октября 1940 г. священник Котович и иеромонах Шахмат [Серафим в миру Шахмуть. - Авт.] в г. Слониме агитировали крестьян за открытие церкви в дер. Поречье, которая бездействовала с самого начала прихода Красной Армии"11.

Митрополит Минский и Белорусский Пантелеимон (Рожновский).
Митрополит Минский и
Белорусский Пантелеимон
(Рожновский).

Когда немецкая армия в июле 1941 года оккупировали Беларусь, то церковная жизнь в ней была советской властью фактически ликвидирована за исключением западного региона. Чтобы завоевать доверие местного населения оккупационные власти содействовали организации православных приходов и церковно-религиозной жизни. Во второй половине сентября епископ Венедикт выехал из Жирович в Минск, где вёл переговоры с немецкими властями о легализации церковной власти архиепископа Пантелеимона во всей Беларуси. Чтобы уменьшить влияние русской культуры на белорусское население немецкие власти, как и белорусские националисты, были заинтересованы в создании независимой Белорусской автокефальной православной национальной церкви, в которой проповеди, изучение Закона Божиего и церковное управление должно было вестись на белорусском языке, а само богослужение на церковнославянском.

Архиепископ Пантелеимон согласился возглавить Белорусскую автокефальную православную национальную церковь при условии, что её при условии, что автокефалию признает московская патриархия. Однако он прекрасно знал, что московский митрополит Сергий никогда не признает автокефалию Белорусской православной церкви. Владыка выдвинул и второе условие - согласия других Предстоятелей Поместных Церквей, что было немыслимо в обстановке военного времени. Очевидно, что архиепископ Пантелеимон, как русский патриот, специально дал согласие на руководство организацией Белорусской автокефальной православной национальной церкви, чтобы спустить это дело на тормоза, что ему в итоге и удалось. Белорусский историк Анатолий Грицкевич12 пишет: "Хотя немецкие власти имели намерение создать автокефальную православную церковь в Беларуси, дело по её созданию тормозилось самими владыками, и митрополит Пантелеимон, и епископ Венедикт были настроены прорусски, митрополит Пантелеимон был и русским монархистом. Таких же взглядов придерживался и епископ Венедикт. Поэтому они сопротивлялись отделению Белорусской Православной церкви от Московского Патриархата, также как и белорусизации церкви. Вместе с тем они должны были исполнять постановления немецкой администрации в Беларуси".

Берлинский митрополит Серафим (Ляде).
Берлинский митрополит
Серафим (Ляде).

В конце ноября 1941 года архиепископ Пантелеимон выехал на постоянное место жительство из Жирович в Минск, А Венедикт, как епископ Белостокско-Гродненский, выехал в Гродно, чтобы на Гродненщине, которая вошла в состав Восточной Пруссии, организовать церковную жизнь. Поэтому епископ Венедикт оказался как бы в двойном подчинении: непосредственно митрополита Берлинского Серафима (в миру Карл Герг Ляде, 1883-1950) и неявно митрополита Минского и всея Беларуси Пантелеимона. Вместе с владыкою в Гродно выехал митрофорный протоиерей Евгений Котович, который оставался его правой рукой. "Прибывшие разместились в церковных домах по ул. Грандичской, № 2. В правом флигеле - владыка, в левом - протоиерей Котович, там же была устроена канцелярия епархиального управления. Первым членом епархиального управления состоял протоиерей Котович ( ...)"13. "По распоряжению архиепископа Венедикта Е. Котович переделал круглые печати в приходах, печать и штамп епархиального управления, бланки метрических выписок с церковно-славянского и русского языков на немецкий"14.

Со временем протоиерей Евгений Котович основательно обжился в Гродно: имел приличное хозяйство с несколькими коровами. В его доме (ул. Горького, 2, кв. 1) жила Пелагея Ивановна Банунь, 1884 года рождения, уроженка дер. Глиняны Скидельского района, неграмотная. Эта монахиня Гродненского монастыря, готовила обеды о. Евгению. Она же готовила и архиепископу Венедикту, который обычно обедал вместе с о. Евгением.

По решению немецких оккупационных властей, продолжительность богослужений в церквях Белостокско-Гродненской епархии была ограничена по времени - двумя часами. "Данный порядок не устраивал руководство епархии. Архиепископ Венедикт вёл активную переписку по этому вопросу с Гродненским амсткомиссаром, однако к положительному решению стороны не пришли. В феврале 1942 года в город Берлин к митрополиту Серафиму был командирован с ходатайством Евгений Петрович Котович, чтобы тот попытался решить с немецким руководством вопрос, можно ли вести церковную службу не два часа, а больше. Просьба содержалась в письме архиепископа Венедикта митрополиту Серафиму. По приезде в Берлин Евгений Котович передал письмо, но митрополит Серафим сказал, что он не уполномочен решать такие вопросы, пообещав ускорить аудиенцию у начальника отдела гестапо по церковным делам. Перед визитом в гестапо Евгений Котович написал заявление о цели своего приезда, указав, что духовенство Гродненской епархии оппозиционно настроено к немецкой власти по мотивам по мотивам ограничения церковной службы, просил увеличить продолжительность церковных служб в праздничные дни до четырёх-пяти часов и выдать духовенству продовольственные карточки.

Через несколько дней Евгения Котовича принял начальник гестапо по церковным делам, где ему был дан ответ, что непродолжительность богослужений вызвана военным временем, что нужны рабочие руки, а выдача продовольственных карточек православному духовенству принципиально невозможна. Таким образом, эта часть задач поездки оказалась безрезультатной.

Евгений Котович пробыл в столице третьего рейха неделю. Кроме ежедневных визитов к митрополиту Серафиму, он встречался с духовенством и посетил все четыре православные церкви города Берлина, участвовал в службе в соборе вместе с митрополитом Серафимом. Пользуясь случаем, секретарь Гродненского епархиального управления пытался решить одновременно и снабженческие проблемы. Для этого он посетил завод немецкой фирмы "Идэ", производивший церковные свечи, и договорился об их поставке в г. Гродно. По завершении указанной миссии Евгений Котович выехал обратно в Гродненскую епархию"15.

Владыка Серафим 24 февраля 1942 года писал архиепископу Венедикту: "Ваш ближайший сотрудник, о. протоиерей Евгений Котович, информировал меня о положении церковных дел в Вашей епархии. Я направил его в надлежащее государственное учреждение, где он сделал подробный доклад. Ответ он сообщит Вам устно"16.

8-10 марта 1942 года в Минске состоялся архиерейский собор под председательством митрополита Пантелеимона. Собор возвёл епископа Венедикта в сан архиепископа Гродненского и Белостокского, экзарха Восточной Пруссии. К 1 июля 1943 года в Белостокско-Гродненской православной епархии было 183 прихода. Архиепископ Венедикт категорически запретил своему духовенству любые эксперименты с употреблением белорусского, украинского и польского языка в богослужениях, признавая богослужебным языком исключительно церковнославянский, но допуская при этом, под давлением немецких властей и белорусских националистов, проповедь на местном языке. Владыка Венедикт не поддерживал автокефалию Белорусской церкви, не приехал сам и не прислал делегатов в Минск на Всебелорусский собор, который состоялся 30 августа 1942 года. Оккупационные власти характеризовали владыку как "ревностнейшего великорусского организатора", через которого шла связь с русскими центрами в Польше.

Евгений Котович был членом Епархиального управления, а с 1943 года - членом-казначеем. Таким образом, он фактически управлял епархией, которая позднее стала называться Белостокско-Гродненский экзархат.

Евгений Котович в этой прорусской политике полностью поддерживал архиепископа Венедикта, а, возможно, был её даже идеологом. В статье в белорусской националистической газете "Новая Дорога" (8 августа 1943 г.), выходившей в Белостоке, читаем: "Недалеко от Гродно в селе Пригодичах, на правом берегу Нёмана, в день Иоанна Крестителя состоялся храмовый праздник. Ожидали архиепископа Венедикта, но он не приехал. Священник Орлов не взял пример с архиепископа, не читал свою проповедь по-белорусски. Священник, протоиерей Е. Котович, который замещал владыку на празднике, как видно из всего, сознательно не только не говорил по-белорусски, но, как это не удивительно, не упомянул даже нашего Митрополита Беларуси Пантелеимона, а про московского Сергия не забыл ...".

В июле 1942 года в Гродно при содействии немцев был создан "Русский комитет" с целью "для объединения русских, проживающих в Гродно, с благотворительной целью и для воспитания молодёжи в православном духе". Членство в "Русском комитете" давало право поступать на работу в немецкие учреждения, иметь русскую школу, проводить свои культурные мероприятия, требовать возвращение своей недвижимости, члены комитета не должны вывозиться в Германию. Членом "Русского комитета" стал Евгений Котович, а также - с десяток православных священников. Председателем комитета была госпожа А. Трусова, секретарём - бывший полковник царской армии А.И. Добровольский - столоначальник и эконом архиерейского дома.

Тогда в Белостоке тогда действовала белорусская организация. Весной 1944 года на квартире архиепископа Венедикта проходило совещание представителей "Русского комитета" Седляревича и "Белорусского объединения" поэта Фёдора Ильяшевича при участии представителя немецких властей Артура Гофмана. Участвовал в нём и Евгений Котович. Позднее на допросе в НКВД протоиерей говорил: "Кроме споров (кто важнее?) они [переговоры. - Авт.] ничего не дали".

Летом 1944 года Советская армия начала военную операцию "Багратион", результатом которой было освобождение Беларуси. Митрополит Пантелеимон и архиепископ Венедикт, спасаясь от советских войск, выехали в Германию. "Решили покинуть епархию, опасаясь репрессий, архиепископ Венедикт и епископ Григорий Боришкевич17. Они не стали брать с собой всю казну епархиального управления, составляющую 40250 немецких марок, а ограничились 15000 немецких марок и продуктами на дорогу. На вокзале архиепископ Венедикт оставил Евгению Котовичу письменное указание о передаче ему всего управления епархией Евгений Котович и управлял ею до своего ареста органами НКВД в декабре 1944 года"18.

В Архиве Управления КГБ по Гродненской области историк Светлана Силова нашла личное дело Евгения Петровича Котовича, в котором есть его описание "толстый, волосы белокурые, глаза голубые, лицо круглое, нос малый, тонкий". Предоставленные ею фрагменты этого дело содержат новые факты из жизни Евгения Котовича, особенно, после освобождения Гродно советскими войсками. "До декабря 1944 года отец Евгений управлял Гродненской епархией, назначал священников на приходы, руководил финансовыми, хозяйственными, административными и бракоразводными делами, рассылал корреспонденцию по епархии. При аресте у него изъяли большую часть архива Гродненской епархии, часть документов была оставлена для оперативного использования, а большую часть в 1948 году уничтожили путем сожжения". Евгений Котович был арестован 19 декабря 1944 года. "При аресте у о. Евгения были изъяты 40 250 марок. Эти деньги были спрятаны в печке епархиального управления, и принадлежали епархиальному управлению. Большая часть этих денег была выручена о. Евгением с торговли предметами религиозного культа (свечи, вино, ладан, крестики, иконы и др.), которые он получал из Берлина от немецких фирм "Идэ" и "Шопнс"".

Протоиерею чекисты, наверно, припомнили поездку в Берлин и встречи там с гестаповцами. Евгений Котович обвинялся по ст. 63-1 УК БССР - измена родине. 25 октября 1946 года Судебной комиссией по уголовным делам Гродненской области он был приговорен по ст. 72 "А"19 на 5 лет исправительно-трудовых лагерей с поражением в правах на 3 года. Священник был отправлен в минскую тюрьму, где вскоре умер.

Митрофорный протоиерей, русский патриот Евгений Петрович Котович, не бросил свою паству, добровольно пошёл на свою Голгофу, в некотором смысле, он повторил подвиг Иисуса Христа.

Примечания

  1. Сменил на этой должности своего двоюродного брата Ивана Киприановича Павловича.
  2. О работе Е. Котовича в Белостокской школе пишем, используя исследование о. Михаила Романовского "Очерк истории Белостокской двухклассной церковно-приходской Владимирской школы".
  3. Его сестра Анна Петровна Котович работала учительницей в Белостокской школе с 1899 по 1901 год.
  4. На сайте: http://www.portal-slovo.ru/history/35225.php
  5. В будущем архиепископ Смоленский и Дорогобужский, причислен к лику святых в 2001 г.
  6. Хмара С. Рабіновы хмель. - Мн., 2009. - С. 167.
  7. Мікола Волаціч (Вацлаў Пануцевіч). Беларуская аўтакефальная праваслаўная царква // Запісы БІНіМ. - 2004. - № 27. - С. 172.
  8. Архиепископ Афанасий (Мартос). Матэрыялы да Гісторыі Праваслаўнай Беларускай Царквы. - Жыровіцы, 2004. - С. 46.
  9. Н.А. К 50-летію со дня кончіны архіепіскопа Венедікта (Бобковского) // Вестник Германской епархии Русской Православной Церкви за границей (статья помещена на сайте: http://rocor.de/assets/alt/Vestnik/20015/html/06_bobkowskij.htm).
  10. Ты з Заходняй, я з Усходняй нашай Беларусі. - Мн., 2009. - Ч. 1. - С. 228.
  11. Там же. - С. 231.
  12. Грыцкевіч А. Праваслаўная царква ў Беларусі ў перыяд Вялікай Айчыннай вайны // Наша Слова. - 2005. - № 37.
  13. Черепица В. ... Не потерять связующую нить. - Гродно, 2003. - С. 255.
  14. Силова С. Православная церковь в Белоруссии в годы Великой Отечественной войны (1941-1945 гг.). - Гродно, 2003. - С. 9.
  15. Силова С. Указ. соч. - С. 9, 10.
  16. Н.А. К 50-летію со дня кончіны архіепіскопа Венедікта (Бобковского) ...
  17. Григорий (в миру Георгий Иванович Боришкевич, 1889-1957) - архиепископ Чикагско-Дейтройтский и Среднего Запада.
  18. Силова С. Указ. соч. - С. 28.
  19. Антисоветская пропаганда и агитация.

На галоўную старонку