На галоўную старонку
 


А. Ильин

ЧЕРЕВАЧИЦКИЕ КОТОВИЧИ – СВЯЩЕННИКИ,
ДЕЯТЕЛИ КУЛЬТУРЫ И ПРОСТО ЛЮДИ

ДОКУМЕНТАЛЬНЫЕ И ГАЗЕТНЫЕ МАТЕРИАЛЫ

№ 30
Воспоминания писателя Олега Волкова о Ксении Николаевне Пискановской

Зато была Ксения... Отца её, известного московского протоиерея Николая Пискановского1, преследовали с восемнадцатого года. Он сидел в тюрьмах, приговаривался к расстрелу за "противодействие изъятию церковных ценностей". Ксения не знала покойного, безопасного времени: родилась она незадолго до крестового похода власти против церкви. Обыски, выселения... Девочку вышвырнули из школы. Семья жила в вечном страхе и постоянном нужде.

Рано лишившаяся матери2, обожавшая отца, Ксения от него не отступилась. Она носила в тюрьму передачи, навещала его в ссылке, нянчила младшего брата. Непостижимо, как не утратила она способности радоваться жизни? Верить в добро и утешать других? Ни ожесточения, ни замыкания в себе.

В Архангельске Ксения жила с тяжелобольным отцом, отбывавшим бесконечную ссылку. Свойство одним своим видом окрылять, вселять уверенность в хорошем исходе приобрело Ксении множество друзей. И она неутомимо кого-то навещала, опекала...

Жалкая одежда - всегда чёрная - выглядела на ней едва ли не нарядной; а из-под по-монашески повязанного тёмного платка и светилось, и улыбалось чистое, юное, доброе лицо. Далеко, далеко не красавица - а вот ведь забывалось об этом. И выдающиеся вперёд зубы, прикрытые крупными губами, и не очень-то правильный носик - всё казалось у Ксении милым и исключительным. Видимо, такова сила присущего её лицу выражения. Выражения высшей человечности...

Такие девушки, верующие, самоотверженные, бросали вызов самой сути порядков, опровергали идеологию власти. И, при всей своей смиренности и слабости, они составляли невидимый становой хребет сопротивления отлучению народа от нравственных устоев. Их пособничество "врагам народа" не только помогало кому-то выжить, спастись, но и оказывало своё тайное действие примера и укора малодушным. Им боялись подражать, но пример их запоминался.

Волков О. Погружение во тьму // Век надежд
и крушений. - М., 1989. - С. 212-213.

Примечания

  1. Отец Николай Пискановский служил в Бресте, Одессе, Александрии, Елизаветграде, Полтаве и Воронеже.
  2. Её мать Клавдия Петровна Пискановская-Котович с 1930 г. постоянно сидела в тюрьмах и лагерях.

На галоўную старонку