На галоўную старонку
 


Польские политические силы и власти
в парламентских выборах 1938 года в Полесском воеводстве

Последним крупным внутриполитическим событием Второй республики в Польше (1918-1939 годы) стали парламентские выборы в ноябре 1938 года. Правовыми основами их проведения стали апрельская конституция 1935 года и законы о выборах от июля того же года. Конституция, имевшая авторитарные черты, определила и основы избирательного права. Выборы в сейм были всеобщими, тайными, равными и прямыми, но не пропорциональными. Право избирать граждане получали с 24 лет (вместо 21 года по конституции 1921 года), а быть избранными - с 30 лет (вместо 25 лет). Выборы в сенат предусматривали избрание двух третей его состава, оставшуюся часть назначал президент [1, nr 30, poz. 227].

По закону о выборах в сейм страна делилась на 104 двухмандатных округа (избиралось 204 депутата), которые в свою очередь делились на участки с количеством жителей до 300 тыс. человек. Вместо партийных списков в каждом округе вводился единый список кандидатов. Он утверждался новым избирательным институтом - окружным избирательным собранием, делегатов в который выбирали органы самоуправления, профсоюзы и другие общественные организации. Председательствовать на собрании должен назначенный главой МВД окружной избирательный комиссар. Список кандидатов в округе должен был содержать "не менее четырёх кандидатов", постановления собрания были "действительными, независимо от количества присутствующих делегатов", не допускались прения и не предусмотренные законом постановления. Голосование делегатов было тайным, и избранными становились все выдвинутые кандидаты (если их количество не превышало четырёх) или те, кто набрал не менее четверти голосов делегатов (если их было более четырёх). Очерёдность избранных кандидатов в списке зависела от количества полученных ими голосов. На выборах избиратель располагал двумя голосами, бюллетени "незаполненные избирателем, являются действительными, причём считается, что избиратель отдал голос за кандидатов, помещённых в списке на первом и втором местах" [1, nr 47, poz. 319].

Закон о выборах в сенат устанавливал количество сенаторов (96), из которых две трети выбирались в округах, соответствующим отдельным воеводствам и Варшаве. Избирателями в сенат мог быть очень ограниченный круг граждан: награждённые высшими государственными наградами, с высшим образованием и занимающие руководящие должности в самоуправлении. Право избирать имели граждане с 30 лет, а быть избранным с 40 лет. Выборы сенаторов были непрямыми: имеющие право голоса в сенат на участковых собраниях избирали выборщиков в воеводскую избирательную коллегию, на которой выборщики избирали сенаторов [1, nr 47, poz. 320].

Политическая обстановка в стране накануне выборов 1938 года характеризовалась укреплением позиций правящей группы, в которой выделился дуумвират - президент И. Мосьцицкий и генеральный инспектор вооружённых сил Э. Рыдз-Смиглы, соотношение сил в ней менялось в пользу последнего. Этому способствовало и создание в феврале 1937 года Лагеря национального объединения (ОЗН), выказавшего националистические тенденции в стиле эндеции и склонность к тоталитаризму. Оппозиционные партии, лишённые с 1935 года доступа в парламент, лишь внепарламентскими методами пытались противостоять санации, действуя иногда радикальными методами. Руководство этих партий в начале предвыборной кампании приняло, как и в 1935 году, решение о бойкоте выборов. Международная обстановка в период выборов характеризовалась завершающей стадией кризиса вокруг Чехословакии, связанного с германскими притязаниями на её территорию, кульминацией чего стала Мюнхенская конференция. События, разворачивавшиеся в непосредственной близости от польских границ, вызвали глубокую обеспокоенность польского общества. Разрешение этого кризиса в первой половине октября способствовало успокоению последнего, не осознававшего опасность, удовлетворения Чехословакией вслед за германским требования Польши передать ей территорию Заользинской Силезии.

Деятельности польских политических сил в предвыборной кампании и роли властей в избирательном процессе на территории Полесского воеводства в сентябре-ноябре 1938 года посвящена данная статья.

1. На территории Полесского воеводства находились три избирательных округа по выборам в сейм: 53 (местопребывание окружной избирательной комиссии - Брест), 54 (Кобрин) и 55 (Пинск). В воеводстве должно быть избрано два сенатора. Особенностями политической ситуации в Полесском воеводстве периода выборов 1938 года были невысокая активность политических сил, доминирование среди них ОЗН и слабое влияние оппозиции - польских Стронництва народового (СН) и Польской социалистической партии (ППС) и ещё в большей степени еврейских и белорусских партий и организаций. Эти особенности накладывались на сложный национальный и религиозный состав воеводства: по небезупречным данным переписи 1931 года родным языком 62,2% населения назвали "тутейший" и ещё 6,6% - белорусский, 14,5% - польский и 10,0% - идиш и иврит; по вероисповедованию 77,4% назвали себя православными, 11,0% - католиками и 10% - иудаистами [2, s. 23, 25]. Командующий военным округом (ДОК-IX), охватывавшим преимущественно Полесское воеводство, следующим образом охарактеризовал в донесении в военное министерство в апреле 1937 года население Полесья: "...Очень далёкое от полонизации, и в значительной своей части к польскости настроенное решительно враждебно, безразличное же лишь там, где национализм меньшинства ещё не развился" [3].

В отчёте Полесского воеводского управления (ВУ) за сентябрь 1938 года отмечалось, что распоряжение президента о выборах 13 сентября "способствовало значительному оживлению" в воеводстве. Это решение президента было "полностью неожиданным", оно было принято "сознательным обществом с удовлетворением", сельское же население "отнеслось к этому распоряжению пассивно". Отчёты ВУ информировали, что до середины октября внимание общества Полесского воеводства было сосредоточено на событиях вокруг Чехословакии и участии в них Польши. В сентябрьском отчёте говорилось, что проблема возвращения Заользинской Силезии и позиция польского правительства по этой проблеме "отвлекли внимание общества от выборов", хотя отношение населения к этому было неодинаковым. События дали повод "для многочисленных манифестаций польского общества, полностью солидаризирующегося с позицией Правительства". Проводилась вербовка в Заользинский корпус, давшая около 2 тыс. добровольцев, большинство из которых были "польской национальности, а также полностью полонизированные полешуки". Манифестации собрали в Бресте 21 сентября 6 тыс. участников, Камень-Каширском 22 сентября - 500, Пинске 23 сентября - 5 тыс., Кобрине и Лунинце 25 сентября - соответственно 1,6 тыс. и 1 тыс. В то же время массы сельского "тутейшего" населения в отношении событий "вели себя пассивно, в целом, однако, они были убеждены о скором начале войны", а некоторая часть крестьян "не относилась слишком благожелательно к вооружённой интервенции против чехов". В отчёте утверждалось, что у населения не было паники и оно "не делало никаких запасов и закупок". Тем не менее, признавалось: "Единственным проявлением паники и опасений было массовое изъятие сберегательных вкладов из Г[осударственных] с[берегательных] к[асс], коммунальных касс и банков, которое достигло кульминационной точки в последние 4 дня сентября 1938 г." Кроме того, жители нескольких деревень в приграничных с СССР повятах "запасались солью, выкупая в некоторых местностях все запасы соли в магазинах и кооперативах". [4, л. 185-186, 189].

В отчёте Полесского ВУ за октябрь подчёркивалось, что первые дни месяца "прошли под знаком возвращения Заользинской Силезии, которое вызвало живое удовлетворение среди польского населения, живо проявляющего свою радость из-за мирного решения такого важного вопроса на многочисленных манифестациях". В то же время часть местного "коммунизированного" населения приняла мирное разрешение проблемы "с некоторым чувством разочарования, поскольку значительная часть рассчитывала на вмешательство Советов, и даже возможность их вооружённого выступления против Польши. Пассивность Советов в этом важном вопросе была оценена сельскими массами как доказательство военной слабости Советского Союза, что, несомненно, будет иметь влияние на формирование настроений населения на будущее, и подорвёт ещё наблюдаемую в деревне веру в мощь Советов" [4, л. 218 об.].

В отчёте Полесского ВУ за ноябрь отмечалось, что политическая жизнь была "очень оживлённой" и интерес к выборам "был большой". Настроения населения "формируются благоприятно", возбуждение периода польско-чешского конфликта прошло. Сельское население, среди которого "коммунистические элементы сеяли панику, уверяя в вооружённой интервенции Советов", укрепилось "в убеждении о мощи Польши и не реагирует на нашёптывания коммунистической агитации" [4, л. 335 об.-336].

2. Проправительственный лагерь был представлен в Полесском воеводстве, прежде всего, ОЗН, развившим наибольшую активность в связи с выборами. В документах периода выборов упоминались также входившая в состав ОЗН "Направа" и молодёжные организации Лагеря. Отчёт Полесского ВУ за сентябрь отмечал, что лишь ОЗН после объявления выборов "немедленно приступил к организации избирательного аппарата на местах". Руководство Лагеря также "установило контакт с самым важными общественными организациями, обеспечивая себе их полную поддержку в предвыборной кампании". 24 сентября, по инициативе руководителя воеводской организации Лагеря, в Бресте прошло собрание представителей общественных организаций, на котором "24 организации выступили за полную поддержку ОЗН в предвыборной кампании". Не поддержали это решение Союз польских учителей (ЗНП) и ряд других профсоюзов, которые свою позицию относительно выборов поставили в зависимость от директив их центрального руководства. Отдельную кампанию проводили и женские организации. Лагерь обращал внимание и на предвыборную пропаганду. Во второй половине сентября курсы пропаганды ОЗН в Бресте для деятелей самоуправления были дополнены лекциями об избирательном законе и позиции ОЗН по отношению к выборам, прошли инструктажи руководителей предвыборной кампании ОЗН и низовых организаций Лагеря с обсуждением плана кампании. Были расклеены плакаты с обращением шефа ОЗН С. Скварчиньского и решение собрания 24 сентября о поддержке ОЗН общественными организациями. Плакаты Лагеря охраняли члены Союза молодой Польши (ЗМП) [4, л. 185, 188 об.-189].

Серьёзное внимание уделил ОЗН избранию во второй половине сентября делегатов в окружные избирательные собрания. Эти выборы, согласно отчёту Полесского ВУ, "принесли существенный успех" Лагерю, поскольку большинство делегатов в трёх округах воеводства были его членами или сторонниками. По данным отчёта, в округе 53 из 118 делегатов членами и сторонниками ОЗН было 77 человек (из них руководство Лагеря могло рассчитывать на 65-70 человек); в округе 54 из 116 - 86 (надёжных 75-80); в округе 55 из 120 - 82 (надёжных 65-70) [4, л. 189]. "Газета польска" сообщала о национальном и политическом облике трёх окружных избирательных собраний в Полесском воеводстве: было избрано 356 делегатов, из которых было 59 полешуков, 9 евреев и 5 русских; СН представляло 3 делегата и ещё 8 делегатов - другие политически силы [5, 14.10].

Выделение среди делегатов от ОЗН надёжных свидетельствовало о неполном контроле воеводского руководства Лагеря над членами своей организации. В сентябрьском отчёте ВУ говорилось: "...Много даже видных членов ОЗН нарушило дисциплину и начало агитацию самостоятельно". Сложная ситуация сложилась в Пинском повяте, где местная организация Лагеря с бывшим депутатом С. Олевиньским во главе вплоть до момента объявления выборов "не вела никакой политической работы на местах", вследствие чего там "отношения складываются неблагоприятно для ОЗН". Эту ситуацию ухудшила деятельность ЗМП, который, обвиняя местную организацию ОЗН в пассивности, "начал предвыборную кампанию, устанавливая контакты с общественными организациями и пропагандируя собственные кандидатуры". Лишь вмешательство центрального руководства ЗМП изменило ситуацию, и местная организация Союза "декларировал полное подчинение" Лагерю в предвыборной кампании [4, л. 188 об.-189].

Отчёт Полесского ВУ за октябрь выделял активность исключительно ОЗН. Назывались те же, что и в сентябре, направления деятельности Лагеря: планирование предвыборной кампании, организация митингов и собраний, распространение печатной продукции. 10-13 октября руководитель воеводского ОЗН в сопровождении руководителя кампании и политического референта совершил объезд всех повятовых организаций ОЗН и на инструктаже функционеров и делегатов в избирательные собрания от ОЗН "дал подробные разъяснения и директивы относительно методов действия и тактики на выборах, подробно развивая распоряжения шефа Лагеря ген. Станислава Скварчиньского по вопросу предвыборной кампании".

В октябре в предвыборной пропаганде ОЗН делал акцент "на заинтересованность выборами пассивных масс населения для обеспечения большой явки голосующих". Для этого использовался "успех" польской внешней политики в Заользинской Силезии. На митингах и собраниях Лагеря в начале октября подчёркивалась "необходимость принятия участия в голосовании всеми гражданами, которые этим актом опосредованно выскажутся, что политику кругов, руководящих внешней политикой и несущих ответственность за судьбы Государства, увенчавшуюся историческим успехом, одобряют". По мнению автора отчёта Полесского ВУ, цель привлечь к выборам как можно большее количество избирателей "была в значительной мере достигнута". В собраниях принимало участие большое количество крестьян, которые "выступали в дискуссиях и интерес среди них вопросам выборов депутатов и их будущей работе в Сейме, а также на местах по мере приближения дня голосования начал постепенно возрастать".

По оценке октябрьского отчёта ВУ, в сельской местности "пассивные до сих пор массы сельского населения демонстрировали всё больший интерес выборами в Сейм". ОЗН по отчёту представлял собой "уже хорошо организованную политическую группу в Полесье" и располагал "дисциплинированными кадрами". Однако отмечались случаи нарушения отдельными членами Лагеря организационной дисциплины, не имевшие "большого влияния". В городских и повятовых организациях ОЗН Бреста и Пинска выявились "амбиции нескольких лиц, которые противопоставили себя директивам руководства ОЗН и предпринимали усилия по вербовке сторонников для поддержки на избирательных собраниях собственных кандидатур в депутаты". В отчёте указывалось, что эти усилия "закончились фиаско и привели к организационным и дисциплинарным репрессиям: у несколько членов было приостановлено членство", а руководитель пинской организации, бывший депутат С. Олевиньский "был удалён с занимаемого им поста". Эти действия в ОЗН встретили "благожелательный приём, а также повлияли сдерживающе на колеблющихся и сагитированных в нежелательном направлении членов Лагеря" [4, л. 218 об., 219 об.-220].

Отчёт Полесского ВУ за октябрь информировал о результатах прошедших 13 октября окружных избирательных собраний в округах 53-55. "В списках кандидатов в депутаты и заместителей кандидатов оказались во всех трёх полесских избирательных округах фамилии людей, выдвинутых руководством ОЗН". В округах 53 и 54 "выдвинутые списки были приняты без голосования". Лишь в округе 55 из-за выдвижения "неодобренной кандидатуры" Т. Доленги-Каминьского было проведено голосование, в результате которого эта кандидатура отпала, а "в одобренном списке" третий и четвёртый кандидаты поменялись местами. Оказавшийся в списке четвёртым С. Олевиньский, к которому власти и руководство ОЗН имели претензии, позже отказался баллотироваться, и его место занял из списка заместителей крестьянин из Лунинецкого повята А. Лозюк [4, л. 220-220 об.]. "Газета польска" сообщала, что все кандидаты в округах 53-55 являются членами ОЗН [5, 5.11].

Офицер контрразведки в Пинске сообщал своему руководству в Бресте подробности хода избирательного собрания в округе 55. В нём приняло участие 119 делегатов, голоса которых распределились следующим образом: К. Щит-Немирович - 97, М. Аугустыняк - 86, Ф. Собоцкий - 57, С. Олевиньский - 50, а непредусмотренный Т. Доленга-Каминьский получил всего 17 голосов. Тот же источник давал характеристику четырём утверждённым собранием кандидатов: Щит-Немирович отмечался за "свою безупречную репутацию", "свой правильный характер и популярность"; Аугустыняк, несмотря на хорошее мнение о нём, имел "неустойчивый" характер и "всегда идёт за большинством", кроме того, он на территории "Брестского повята не пользуется популярностью и поэтому его кандидатура в депутаты была выставлена в Пинском округе"; Собоцкий в Столбцовском повяте "пользуется популярностью", является человеком "уравновешенным, без вредных привычек, честный, совестливый", благо государства "ставит на первое место перед собственной выгодой" и к нынешнему правительству "настроен оч[ень] благожелательно". Наиболее негативно характеризовался Олевиньский: он, как бывший депутат, "не выказал никакой позитивной политической деятельности на территории Пинского повята", "был занят ведением собственных торговых дел и управлением собственного имения", но, будучи заинтересованным в создании о себе мнения как о деятеле, "принимал участие во всех общественных и хозяйственных мероприятиях" [6, л. 46-47].

Отчёт Полесского ВУ за октябрь сообщал о деятельности ОЗН по выборам в сенат, выразившейся "в соответствующей подготовке почвы для выборов участковыми собраниями делегатов в воеводскую избирательную коллегию". В этом у ОЗН трудностей не было, в результате Лагерь "из 70 делегатов провёл в коллегию 53 своих членов, из которых несколько не считает надёжными", в том числе бывшего сенатора П. Олевиньского, который "протаскивает свою кандидатуру в сенаторы". Положение П. Олевиньского было двузначным, так как его членство в ОЗН было приостановлено местным руководством организации, но это решение "центральное руководство Лагеря приказало отменить". Кроме членов ОЗН в состав воеводской коллегии входили 13 офицеров действительной службы и 4 человека не относящиеся к ОЗН, "но проправительственной ориентации" [4, л. 221]. Из сообщения "Газеты польской" о выборах в воеводские коллегии следовало, что в Полесском воеводстве среди выборщиков сенаторов оказались только поляки [5, 25.10].

В донесении контрразведки ДОК-IX разъяснялась подоплёка деятельности П. Олевиньского. Его и другого бывшего сенатора Скибиньского, как представителей группировки "Направа", олицетворявшей в правящем лагере неавторитарную тенденцию, и именно за это местные ОЗН и власти стремились не допустить к мандатам. П. Олевиньский без поддержки ОЗН и властей смог в Пинском повяте стать выборщиком, и собирал подписи в поддержку своей кандидатуры, но не смог собрать нужного количества [7, л. 1].

После проведения избирательных собраний и избрания выборщиков сенаторов ОЗН усилил предвыборную кампанию. О планировании Лагерем предвыборных митингов со второй половины октября сообщает письмо руководителя его Полесской организации Х. Трембицкого от 15 октября. Требовалось организовать с 16 октября до 5 ноября митинги на местах, на которых "должны выступить, как основные докладчики кандидаты, в депутаты из данного Округа и 1-2 местных выступающих". Сам Х. Трембицкий собирался выступать на митингах в Пинске и Пружанах, а также 30 октября в Бресте. В округе 54 во всех собраниях должны участвовать кандидат А. Милевский, а в округе 55 - К. Щит-Немирович, как первые в списках кандидатов в этих округах. В письме приводился календарь проведения предвыборных митингов ОЗН на территории Пинского повята в последней декаде октября: 21 - в Жабчицах, 22 - Пинковичах, 23 - Погосте-Загородском, 24 - Логишине, 25 - Поречье, 26 - Броднице, 27 - Хойно, 28 - Морочно, 29 - Кухоцкой Воле, 30 - Витчевке и 31 - Лемешевичах [6, л. 84 об.].

Согласно отчёту Полесского ВУ за октябрь, во второй половине месяца пропаганда ОЗН велась, прежде всего, на митингах и собраниях. Руководство Лагеря дало указание местным организациям "усилить кампанию на местах, и особенно, организовать ряд собраний в центрах сельских гмин с участием ведущих кандидатов". В целом в октябре в воеводстве прошло 64 собраний и митингов ОЗН с количеством участников от 100 до 300. Эта кампания венчалась предвыборным съездом 30 октября в Бресте. На него прибыли от центрального руководства ОЗН вице-министр Ю. Пясецкий, представители местных гражданских и военных властей, а также 6 тыс. участников, из которых 2 тыс. из-за пределов Бреста. Перед съездом прошла манифестация с участием 3 тыс. человек, во время которой с программными речами выступили вице-премьер Ю. Пясецкий и от имени всех 12 кандидатов в депутаты глава Полесской организации ОЗН Х. Трембицкий. "Все выступления были встречены аплодисментами, и особенно с энтузиазмом аплодировали фрагментам речи вице-министра Пясецкого, касающихся борьбе с коммунизмом и с экономическим преобладанием евреев в Польше, а также фрагмент из речи дир[ектора] Трембицкого о том, что Лагерь национального объединения не трактует полешуков православного вероисповедования как чуждых, а как поляков, если они указывают, что Польшу считают своей родиной" [4, л. 220 об.]. "Большим стимулом для избирателей были выезды кандидатов на места на митинги, где личная встреча кандидата с избирателями устранила много предубеждений и неприязни" [8, л. 3], - подводились итоги митинговой кампании ОЗН в Полесском воеводстве в донесении контрразведки ДОК-IX.

Кроме проведения предвыборных митингов и собраний отчёт Полесского ВУ упоминает о кампании ОЗН по распространению печатных материалов (особенно массовой была рассылка материалов отдельным лицам в сельской местности) и устной агитации по домам, ограничивая последнюю "напоминанием обязанности приять участие в голосовании". Вместе с ОЗН в кампании участвовали и организации, прежде всего, женские во главе с Кружками сельских хозяек, а с последних дней октября также ЗНП, который в округе 53 развил "активную агитацию в пользу четвёртого кандидата в этом округе, Фердинанда Пешека, учителя" [4, л. 220 об.-221].

Активность ОЗН проявлял вплоть до выборов в сейм 6 ноября. Отчёт Полесского ВУ за ноябрь выделял прежние направления деятельности Лагеря в кампании (митинги и пропаганда с помощью печатной продукции и личных контактов). Обращалось внимание на особенности пропаганды: "Поскольку в списках кандидатов фигурировали только члены ОЗН... пропаганда велась только в направлении как можно более массового участия избирателей в акте голосования", в то же время не велась персональная агитация за кандидатов. Несмотря на такую официальную позицию ОЗН, некоторые деятели Лагеря на местах и поддерживающие их организации занимались агитацией именно за отдельных кандидатов. Это, прежде всего, касалось ЗНП, агитировавшего за своего представителя Ф. Пешека в округе 53, и Общества польских торговцев, которое при скрытом содействии осадников развернуло широкую агитацию за Ф. Собоцкого в округе 55, в округе 54 также велась агитация за Х. Фрияффа. Эти кандидаты находились на 3-4 местах в списке, то есть шансы их избрания были невелики. Руководство воеводской ОЗН "противодействовало таким шагам, разъясняя, что ОЗН принципиально никакой индивидуальной пропаганды не ведёт" [4, л. 236 об.-237].

3. В Полесском воеводстве ОЗН, несомненно, пользовался поддержкой со стороны административных властей, хотя стремился подчеркнуть свою самостоятельность. На инструктаже руководителей низовых организаций ОЗН 23 сентября подчёркивалось, что "ОЗН вступает в выборы самостоятельно с собственными лозунгами и не будет в своей кампании зависеть от административных властей, в отношении которых будет поступать лояльно, согласуя с ними свои шаги" [4, л. 188 об.]. Характерно, что данные о влиянии администрации на выборы и нарушениях при этом закона содержались в донесениях контрразведки ДОК-IX, но не упоминались в отчётах Полесского ВУ. Это косвенно свидетельствует, что именно административные власти прилагали усилия к достижению нужного для санации результата выборов.

Итоговое донесение контрразведки ДОК-IX о выборах обращало внимание на то, что в благоприятном исходе выборов были заинтересованы и ОЗН, и власти. Первый стремился обеспечить своих функционеров мандатами, вторые же - не допустить компрометирующей явки. При этом Лагерь, не доверяя собственным силам, обратился за помощью к властям: "ОЗН организовывал кампанию, а администрация фактически имела решающий голос". Согласно донесению гармония между этими элементами была поставлена под угрозу при определении кандидатур, поскольку ОЗН имел свои кандидатуры, а власти - свои. Лагерь выдвинул в качестве принципа "выставление кандидатур председателей округов", то есть руководителей местных организаций ОЗН, администрация же, принимая во внимание явку, собиралась "выдвинуть привлекательных кандидатов, которыми в этом случае должны быть люди с мест, работники самоуправления и общественные, которые смогут повести за собой недоверчивое православное крестьянство". Таким кандидатом назывался войт гмины Камень-Каширский М. Климчук, православный крестьянин, который вручил булаву маршалу Пилсудскому [8, л. 3-4].

Выдвижение кандидатов в округах согласовывалось властями и ОЗН. Так, относительно кандидатуры М. Аугустыняка в донесении контрразведки ДОК-IX сообщалось, что он, будучи членом ОЗН, не является доверенным лицом президиума этой организации в воеводстве. "Имеет же он сильную поддержку полесского воеводы, - говорилось далее, - и благодаря его инспирации был выдвинут кандидатом в депутаты; выдвижение кандидатуры Аугустыняка в округе Пинск, а не Брест-н[ад]-Б[угом], является результатом компромисса между ОЗН и Воеводским управлением" [8, л. 43].

Не всегда такое согласование было успешным, о чём свидетельствует случай с неодобренным ОЗН кандидатом в округе 55 Т. Доленга-Каминьским. На интригу проливает свет письмо несостоявшегося кандидата в правление брестской организации Союза польских легионеров, любезно предоставленное автору польским исследователем П. Цихорацким. Т. Доленга-Каминьский сообщал, что на встрече с воеводой В. Костек-Бернацким он чётко поставил вопрос: "...Встретит ли моя кандидатура, выдвинутая на местах, противодействие пана воеводы, будут ли административные власти чинить препятствия и не затруднит ли моя кандидатура политики пана воеводы". Согласно письму его автор получил ответ: к кандидатуре "отношение пана воеводы позитивное, что по своему историческому прошлому я даю гарантию лояльного исполнения обязанностей, что интеллектуальный уровень соответствует серьёзности работы в комиссиях, что, наконец, с моей особой было бы меньше всего проблем при голосовании, благодаря тому, что избиратели меня знают". Тем не менее, поддержку "пан воевода поставил в зависимость от решения Варшавы" [9].

Донесения военной контрразведки регистрировали злоупотребления властей во время проведения окружных избирательных собраний. Представительство контрразведки в Пинске сообщало 21 октября своему руководству в Брест о кружащих в обществе непроверенных сведениях, что "кандидаты были назначены заранее", и голосование за них было простой формальностью. Кроме того, во время проведения избирательного собрания в спортивном зале гимназии им. Пилсудского в Пинске "находились скрытые за портьерой п[аны] Старосты пов[ятов]: Пинского, Столинского, Лунинецкого" [6, л. 47]. О том, как протаскивались угодные санации кандидаты на избирательном собрании в Бресте, в округе 53, также сообщали донесения контрразведки. Председательствующий на собрании Милевич, глава организации ОЗН в Бресте, после открытия собрания сразу зачитал список кандидатов, утверждённых Лагерем. Далее произошло следующее: "Прежде чем закончилось зачитывание, раздались заранее условленные аплодисменты. Председательствующий воспринял их как выражение согласия, объявляя, что выбор был сделан без голосования. В ответ на это часть делегатов выступила с протестом, доказывая, что он не соответствует формальностям, поскольку кандидатам не было разрешено выступить, что у них есть другой список кандидатов, который они хотят выдвинуть и поставить на голосование" [8, л. 5].

Инцидент на избирательном собрании в округе 53 имел последствия, о которых сообщала контрразведка. После собрания был внесён протест, который "подписали 9 делегатов, в том числе 2 бургомистра - Рапацкий из Высокого-Лит[овского] и Пашкевич из Каменца-Лит[овского], а также учитель Терей, который в 1935 г. баллотировался в Сейм, но мандата не завоевал". Деятельность бургомистра Пашкевича была приостановлена воеводой. "Вследствие применённых и угрожающих репрессий, двое протестовавших свои подписи отозвали" [7, л. 8; 8, л. 5-6], - добавлялось в донесении.

По информации контрразведки кандидатуры сенаторов в Полесском воеводстве "были установлены центральным руководством, как общей администрации, так и ОЗН, вероятно даже не в соответствии с намерениями воеводы". Председатель воеводской коллегии по выборам сенаторов в Бресте Ф. Валишевский "получил в воеводстве готовый лист с фамилиями кандидатов в сенаторы и готовый состав фамилий 15 членов комиссииматки", то есть главной комиссии коллегии, первой выдвигавшей список кандидатов [7, л. 2].

4. Польские оппозиционные партии, судя по отчётам Полесского ВУ, слабо проявили себя в предвыборной кампании. Из таких партий лишь правонационалистическое Стронництво народове (СН) и Польская социалистическая партия имели некоторое влияние, но оно ограничивалось преимущественно Брестом. Отчёт за октябрь сообщал: "Оппозиционные партии не проявляли деятельности. Не замечено также никаких проявлений кампании против выборов, ни призывов бойкотировать выборы в сейм" [4, л. 189 об.].

В отчётах Полесского ВУ большее внимание уделяется СН. Отчёт за сентябрь обращал внимание, что по вопросу выборов местная организация СН "до сих пор не получила никаких указаний и не заняла чёткой позиции". В октябре же отчёт регистрировал расхождение между позициями руководства партии и её организации в Бресте. Местные деятели СН, несмотря на указания центрального руководства партии, "не вели никакой агитации за бойкот выборов, и даже в частном порядке высказывались за обязательность участия в выборах всех поляков там, где поляки составляют меньшинство. Более того, они занимали благожелательную позицию по отношению к программным и пропагандистским лозунгам ОЗН, и особенно лозунгам антикоммунистическим и антиеврейским". Отчёт за ноябрь сообщал некоторые подробности разногласий внутри организации СН в Бресте. Руководитель этой организации С. Кучевский стоял "на платформе, принятой Главным правлением партии", предусматривающей бойкот выборов. В то же время некоторые другие местные деятели СН придерживались мнения, что "принимая во внимание специфические национальные отношения в Полесье и Бресте", организация должна "принципиально смягчить оппозиционную позицию партии и стремиться к соглашению со всеми поляками". По этой причине организация СН в Бресте не вела "никакой кампании по бойкоту выборов в Сейм" [4, л. 189 об., 221 об., 338].

Меньше внимания в отчётах Полесского ВУ уделялось ППС. В сентябрьском отчёте отмечалось, что согласно решению организации партии в Бресте, с одной стороны, дал указание своим членам не принимать участие в выборах, с другой же - разрешил выбор делегатов в избирательные собрания от социалистических профсоюзов, и профсоюз железнодорожников избрал одного делегата. В отчёте за октябрь говорилось, что организации ППС "не проводили никакой кампании - ни за, ни против участия в голосовании". В то же время члены ППС, особенно представители профсоюза железнодорожников, решили принять участие в голосовании и, по некоторым сведениям, в округе 53 "отдавать только один голос за Фердинанда Пешека" [4, л. 189 об., 221 об.].

5. Архивные документы свидетельствуют о спокойном ходе выборов в сейм 6 ноября. В отчёте Полесского ВУ сообщалось: "Агитации за бойкот избирательного акта не установлено, причём заслуживает внимание обстоятельство, что даже явные коммунисты не вели широкой кампании по бойкоту, а только сами не голосовали и что в коммунизированных поселениях явка была средней (более 50%) при относительно небольшом количестве сознательно опущенных недействительных бюллетеней (перечёркнутые фамилии кандидатов, дописки на бюллетенях и т. д.)". Кроме того, после завершения польско-чешского конфликта без вмешательства Советов население "укрепилось в убеждении о мощи Польши и не реагирует на нашёптывания коммунистической агитации. Такие настроения были самой важной причиной высокой явки голосующих в Сейм" [4, л. 335 об.-336].

Руководитель отделения контрразведки ДОК-IX в Пинске докладывал своему руководству в Брест в 1 час 30 минут ночи 7 ноября: "Население Пинского повята отнеслось к выборам позитивно. Агитации против участия в выборах не было. Также не было инцидентов или событий враждебного характера против самого акта выборов, а также против избирателей лично". "...Выборы прошли спокойно" [8, л. 1, 105], - сообщалось на основании подобной информации с мест в донесении контрразведки ДОК-IX.

По предварительным данным контрразведки из Пинска, имел место достаточно большой разброс показателя явки в повяте: в Пинске - 57,8%, в сельской местности - 72,3% [8, л. 1, 106]. Согласно отчёту Полесского ВУ за ноябрь, явка в округах и доля действительных бюллетеней были следующими: в округе 53 (Брест) 72, 6% и 96,2%, в округе 54 (Кобрин) 76,7% и 98,4%, в округе 55 (Пинск) 73,1% и 98,2% [4, л. 337]. Согласно же окончательным официальным данным в целом в Полесском воеводстве насчитывалось 593 тыс. человек, имеющих право голоса, было опущено 441 тыс. бюллетеней, процент голосовавших составил 74,3%, что было пятым показателем среди воеводств в стране. Из опущенных бюллетеней 430 тыс. или 97,5% были признаны действительными, действительных голосов было 760 тыс. (то есть в 100 тыс. бюллетенях было отмечено по одному кандидату) [10, s. 355].

Отчёт контрразведки ДОК-IX сообщал о неравномерном участии в голосовании на территории Полесского воеводства. В частности, в Пружанском повяте явка женщин в сельской местности была слабой, которая ими объяснялась тем, что "политика не бабье дело, бабе политиканствовать не пристало" [8, л. 1-2]. Контрразведка ДОК-IX информировала, что неожиданностью для властей была в Станевичах, "поселении, возникшим на мелиорированных болотах в пов[яте] Коссов-Пол[есский], населённом исключительно осадниками-поляками", слабая явка на выборы. Высказывалось предположение, что "осадники не хотели голосовать, поскольку в их округе баллотировался Альфред Милевский, осадник из тех же Станевич, войт гмины Свята Воля Коссовского пов[ята]. Тут могла входить в игру зависть" [8, л. 2].

В результате выборов в Сейм 6 ноября в трёх округах Полесского воеводства были избраны кандидаты от ОЗН, находившиеся на первом-втором местах в списках кандидатов, значительно по числу голосов опередившие своих конкурентов. В округе 53 (Брест) стали депутатами директор Коммуннальной сберегательной кассы (и глава воеводской организации ОЗН) Х. Трембицкий и президент города Ф. Кольбуш; в округе 54 (Кобрин) - войты А. Милевский и М. Климчук; в округе 55 (Пинск) - земледелец К. Щит-Немирович и осадник М. Аугустыняк [11, 18.11]. В донесении контрразведки ДОК-IX по итогам выборов давалась не слишком лицеприятная характеристика последнего: он "серая личность, характеризуют его, однако, творческие амбиции и настойчивость, по виду скромный и тихий, в совместной же работе неприятный, упёртый и самонадеянный, он также потерял много друзей, от него отвернулись коллеги-осадники. Он состоит в ОЗН, но не является доверенным лицом президиума округа" [8, л. 42-43].

Донесение контрразведки ДОК-IX о выборах обращало внимание, что высокий процент явки голосовавших следует приписать, в частности, "давлению администрации (старосты, войты, солтысы)". При согласовании с территориальным самоуправлением ОЗН в Полесье "рассылал крестьянам в деревни и местечки именные письменные повестки, требующие прибыть к избирательным урнам для исполнения гражданской обязанности. Крестьяне эти повестки воспринимали как официальные и в опасении, чтобы не было наказания, шли голосовать". В деревни, где их жители пытались воздержаться от голосования власти, делегировали "в качестве наблюдателей своих представителей: выезжали старосты, полицейские сыщики даже люди из ОЗН, само появление которых в деревне побуждало ленивых к голосованию" [8, л. 1].

В донесении ДОК-IX по итогам выборов в сейм приводились слухи относительно злоупотреблений властей на выборах с оговоркой: "Сколько правды в слухах на тему вышеназванных избирательных злоупотреблений, пока установить трудно". Самое большое количество комментариев в обществе вызывало то обстоятельство, что "администрация и ОЗН заранее решили, кто из 4 кандидатов должен стать депутатом, а именно 1 и 2 в последовательности расположения в списке". Для исполнения этого решения "при невыгодном обороте дела приходилось прибегать к махинациям, чтобы искусственно поднять или исправить результат выборов в пользу первых двух кандидатов за счёт других", в частности, кружат слухи, что в округе 53 в Пружанском повяте "отнято ок[оло] 5000 голосов в пользу Кольбуша" [8, л. 4].

В донесении контрразведки ДОК-IX о выборах отношение к ним польских политических партий в Полесском воеводстве называлось "негативным". СН и ППС не участвовали в выборах, в то же время члены этих партий "частично участие в голосовании приняли", в других повятах участвовал "только небольшой процент". Не было отмечено, согласно донесению контрразведки ДОК-IX, кампании по бойкоту выборов со стороны коммунистов, тем не менее, указывалось: "...Не подвергается сомнению, воздержание в течение большей части дня от голосования иногда целых деревень в Полесском воев[одстве] (напр[имер], в Кобринском пов[яте])..., где ещё недавно коммунистическое влияние были там значительным, следует считать результатом многолетней кампании коммунистов" [8, л. 2-3].

Донесение контрразведки ДОК-IX, подводящее итоги выборов, отмечало негативное отношение избирателей Полесского воеводства к избранным депутатами и результатам выборов. Даже лояльные избиратели высказывали мнение, что "кандидатуры в большом количестве случаев не были соответствующими", "в значительной степени это были люди без квалификации, сельские деятели, из повята, но не государственного масштаба". "Якобы имевшие место избирательные махинации, определившие заранее кто станет депутатом, затем исправление результатов выборов в их пользу, комментировались более сознательным населением как несерьёзная игра, а сами выборы назывались фикцией, поскольку к воле избирателей, гарантированной законом, не отнеслись с уважением" [8, л. 4-5]. Тот же источник сообщал, что выборы в сейм "разочаровали многих избирателей из-за победы многих кандидатов, которые, по мнению многих избирателей, не имели объективных условий для победы, население в значительной степени стало безразлично к последующим избирательным актам. Оно поддаётся внушениям нытиков и оппонентов, которые иронизируют, что воля избирателей не имеет решающего значения, если речь идёт о выборе того или иного депутата" [7, л. 1].

Неудовлетворённость избирателей выборами в сейм повлияла на выборы в сенат, которые прошли, как доносила контрразведка ДОК-IX, "спокойно и без большого интереса со стороны общества" [7, л. 1]. Согласно отчёту Полесского ВУ за ноябрь воеводское руководство ОЗН определило тактику на воеводской избирательной коллегии "для обеспечения избрания своих кандидатов сенаторами". Это была задача "настолько трудная", поскольку, несмотря на значительное численное преобладание в коллегии членов ОЗН, Лагерь был "связан указанием своего центрального руководства" выдвинуть среди прочих кандидатуру бывшего сенатора П. Олевиньского. Тот "во время предвыборной кампании чётко противопоставлял себя всем распоряжением округа ОЗН и вёл на местах работу, утрудняя Лагерю его мероприятия". Накануне заседания коллегии состоялось собрание её делегатов от ОЗН, на котором были определены кандидаты в главную комиссию и объявлены кандидатуры в сенаторы от ОЗН [4, л. 337-337 об.].

Заседание воеводской коллегии, как сообщалось в отчёте Полесского ВУ, было "оч[ень] коротким. Избрание главной комиссии прошло без голосования, во время её заседания отдельные кандидатуры получили следующее количество голосов: В. Милевич и Ф. Пачесьняк - по 15, а П. Олевиньский - 2. На самой коллегии главная комиссия выдвинула две первые кандидатуры и поскольку другие выдвинуты не были, В. Милевич и Ф. Пачесьняк были избраны сенаторами без голосования [4, л. 337 об.]. По информации контрразведки ДОК-IX в Полесском воеводстве "кандидатуры сенаторов были определены центральным руководством, как общей администрации, так и ОЗН, видимо, даже не в соответствии с мнением воеводы". Само заседание коллегии "прошло без живого интереса со стороны собравшихся", зачитывание фамилий членов главной комиссии и кандидатур в сенаторы "принималось молча, без протеста и энтузиазма". Один из выборщиков после заседания на вопрос: почему он так себя вёл, ответил "с меланхолией, что у него жена и 4 детей, он не может их подвергнуть риску потерять кусок хлеба". Добавлялось, что устрашающе на выборщиков подействовал пример бургомистра Каменца-Литовского, полномочия которого были приостановлены после подписания им протеста по выборам кандидатов в депутаты сейма [7, л. 2].

Донесение контрразведки ДОК-IX разъяснял ситуацию с представителем "Направы", бывшим сенатором П. Олевиньским: "...Местный ОЗН и административные круги были полны решимости не допустить "направячей" к мандатам". При выдвижении кандидатур сенаторов П. Олевиньского поддерживал шеф штаба ДОК-IX Т. Трапшо, выдвинувший его кандидатуру в сенаторы, но тот утверждён кандидатом не был [7, л. 1-2].

Донесение контрразведки ДОК-IX информировало, что в Полесском воеводстве "выбор сенаторов несколько удивил местное общественное мнение... Здесь избранных сенаторов считают людьми посредственными, не имеющими ни подготовки, ни политического опыта и ни в каком случае не годящихся для представления интересов населения всего воеводства. В местном общественном мнении они называются "людьми в распоряжении". В донесении приводились краткие характеристики избранных сенаторов. В. Пачесьняк известен "как человек уравновешенный, в общении мягкий, честный, решительно проправительственный, но не выделяющийся ни умственными достоинствами, ни организационными способностями", сблизился с воеводским управлением в связи со своей деятельностью среди рабочих, и "в награду за это из-за инспирации этим Управлением был выдвинут в сенаторы". В. Милевич, директор городской больницы в Бресте, был выдвинут в руководители местной организации ОЗН главой воеводской организации Лагеря Х. Трембицким, с которым "находится в дружбе". Первоначально В. Милевич планировался ОЗН кандидатом в депутаты, но "эти планы перечёркнула навязанная кандидатура Кольбуша". "В результате соглашения ОЗН с Воеводским управлением Милевич был выдвинут в сенаторы, и мандат получил" [7, л. 7-8], - констатировалось в донесении.

* * *

Парламентские выборы 1938 года в Полесском воеводстве продемонстрировали ряд моментов, характерных как для политической ситуации в Польше, так и в Полесском воеводстве. Обстановка в стране в период выборов обусловливалась существовавшей с 1935 года новой избирательной системой, фактически не допускавшей оппозиционные силы в парламент, которые эти выборы бойкотировали. Одновременно с этим укрепились позиции правящего лагеря санации. Специфическим моментом на выборах был внешнеполитических аспект, связанный с кризисом вокруг Чехословакии и участием в нём Польши, который серьёзно повлиял на настроения общества.

В специфических условиях национального и конфессионального состава населения и низкого уровня социально-экономического развития Полесского воеводства невысокой была и активность политических сил - польских и особенно национальных меньшинств. В выборах проявил себя лишь ОЗН. Лагерь планировал и вёл предвыборную кампанию, организуя митинги и собрания, распространяя печатную продукцию и агитируя с помощью личных контактов с избирателями. На начальном этапе кампании ОЗН проводил манифестации в связи с кризисом вокруг Чехословакии, затем - стремясь заинтересовать избирателей выборами и оказываясь от агитации за отдельных кандидатов. Значительна была роль как воеводского, так и центрального руководства ОЗН в определении кандидатов на выборах.

В своей предвыборной деятельности ОЗН опирался на поддержку властей Полесского воеводства. И Лагерь, и власти были заинтересованы в благоприятном для санации исходе выборов, но первый был заинтересован в мандатах, вторые - в достижении как можно большей явки. Эти расхождения, стремление отдельных представителей проправительственного лагеря при поддержке отдельных организаций самостоятельно добиваться мандатов, вызывало сложности в определении круга кандидатов в парламентарии от ОЗН и их избрание. Выдвижение кандидатов происходило на воеводском уровне, но окончательно их утверждали центральные руководство ОЗН и власти, которые могли даже не учитывать мнение полесского воеводы. В отношении нарушивших дисциплину представителей ОЗН и административных властей применялись репрессии Лагерем и властями. В ходе предвыборной кампании и выборов со стороны властей имели место нарушения закона.

Польские оппозиционные партии в Полесском воеводстве проявили себя в период выборов слабо. В их отношении к выборам была заметна непоследовательность, ставшая следствием разногласий внутри их воеводских организаций. Это проявилось в пассивном отношении к линии центрального руководства партий на бойкот выборов, в этом направлении деятельность оппозиции не велась, более того, её представители высказывались за участие в выборах, а находящиеся под влиянием оппозиции организации приняли участие в избирательном процессе.

Большая сплочённость и активность проправительственного лагеря и властей на выборах, политическая ситуация и пассивность оппозиции стали главным причинами успеха санации на выборах 1938 года в Полесском воеводстве. Однако, исходя из политических и национальных характеристик избранных кандидатов, отношения общественного мнения к ним и выборам в целом, вряд ли можно считать результаты этих выборов отражением реальных настроений населения воеводства.

Литература

  1. Dziennik Ustaw Rzeczypospolitej Polskiej. 1935.
  2. Mały Rocznik Statystyczny. 1938. Warszawa, 1938.
  3. Stawiecki P. Nastpcy komendanta. Wojsko a polityka wewnętrzna Drugiej Rzeczypospolitej w latach 1935-1939. Warszawa, 1969. S. 176.
  4. Государственный архив Брестской области (далее - ГАБО). Ф. 10. Оп. 1. Д. 1436.
  5. Gazeta Polska. 1938.
  6. ГАБО. Ф. 67. Оп. 1. Д. 2302.
  7. ГАБО. Ф. 67. Оп. 1. Д. 2304.
  8. ГАБО. Ф. 67. Оп. 1. Д. 2303.
  9. Centralne Archiwum Wojskowe. Zesp. I.371. Sygn. I.371/A.210.
  10. Mały Rocznik Statystyczny. 1939. Warszawa, 1939.
  11. Monitor Polski. 1938.

Игорь Ким

На галоўную старонку